Стилевые особенности саморегуляции личности

Разделы психологии: 
Высшее учебное заведение: 

Стилевые особенности саморегуляции личности // Вопр. психол.- 1991. - №1

СТИЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ САМОРЕГУЛИРОВАНИЯ ЛИЧНОСТИ

В.И. МОРОСАНОВА

Подходы к изучению стилевых проявлений крайне разнообразны, что определяется неоднозначностью того круга психологических феноменов, которые авторы относят к понятию стиля [15], [16].

В нашей стране наибольшее распространение получил подход к изучению стиля как индивидуально своеобразной системы способов выполнения конкретной деятельности - трудовой, спортивной, учебной ([3], [4], [15], [17] и др.). Причем наибольшее внимание до настоящего времени было уделено типологической обусловленности» индивидуального стиля, зависимости его компонентов от темперамента и свойств нервной системы [15], [9], [7]. Так, получила признание концепция В.С. Мерлина, рассматривающая индивидуальный стиль как индивидуально своеобразную, типологически обусловленную систему взаимосвязанных действии, направленных на получение определенного результата. В.С. Мерлин подчеркивает связь индивидуального стиля с конкретной деятельностью, в которой он формируется [9].

При таком разнообразии подходов к изучению стилевых проявлений недостаточное внимание было уделено изучению устойчивых индивидуальных особенностей в саморегулировании произвольной активности человека. В настоящее время накоплены экспериментальные данные о проявлении этих особенностей как в лабораторных условиях, так и в реальной спортивной, трудовой и учебной деятельности ([7], [8], [11], [14] и др.

Понятие индивидуального стиля регуляции было введено нами для изучения взаимосвязанной системы особенностей саморегулирования, присущей индивиду и проявляющейся в разнообразных видах и формах его деятельности и поведения [6], [9]. Как известно, компонентами индивидуального стиля интегральной индивидуальности (В.С. Мерлин, Е.А. Климов) являются компоненты реальной деятельности: конкретные действия, операции, цели - в их типологически обусловленной форме. В отличие от этого стилевые особенности регуляции, компоненты регуляторного стиля не являются действиями и операциями одного какого-то вида произвольной активности, а представляют собой те способы организации деятельностных компонентов, которые обеспечивают в индивидуально устойчивой форме реализацию основных регуляторных функций процесса саморегулирования (таких, как планирование и программирование, оценка результатов и т.д.) в разнообразных видах деятельности и жизненных ситуациях. Следует подчеркнуть, что имеются в виду именно внутренние особенности собственно регуляторной психической активности, которые не только прямо не зависят от личностно-типологических свойств, но могут и компенсировать влияние этих свойств в ряде случаев. Последнее утверждение было обосновано нами ранее на основе данных, собранных К. Леонгардом, о социальной и профессиональной адаптации лиц с различной личностной акцентуацией характера. К. Леонгард привел развернутую картину поведения акцентуированных личностей в различных жизненных ситуациях, что позволило нам выделить связь основных личностных акцентов с устойчивыми способами организации деятельности и поведения, т.е. выявить некоторые стилевые особенности саморегулирования в их связи с личностной типологией. Оказалось, что личностный тип неоднозначно связан с индивидуально-стилевыми регуляторными особенностями, возможный набор которых достаточно разнообразен, хотя и не безграничен для каждого типа. То, какие регуляторные особенности реализуются в том или ином конкретном виде активности, зависит и от специфических требований ситуации, от регуляторного профиля профессиональной деятельности, причем чем выше регуляторная гибкость, позволяющая компенсировать неблагоприятные для деятельности личностные и темпераментные черты, тем меньше ограничений для субъекта в плане профессиональной успешности.

Для проверки развитых представлений о связи индивидуально-стилевых особенностей регуляции с личностными чертами и успешностью конкретных видов произвольной активности было предпринято специальное исследование.

В качестве объекта исследования была использована Выборка спортсменов-стрелков высшей квалификации. Такой выбор не случаен. Спортивная подготовка, цель которой у спортсменов высшей квалификации - достижение успеха в Олимпийских играх, не только включает в себя тренировочную и соревновательную деятельность, но и подчиняет себе весь образ жизни спортсменов. Поэтому при такой сильной замотивированности, подчинении самых разнообразных форм произвольной активности единой цели спортивной подготовки имеются совершенно уникальные возможности для выявления индивидуальных особенностей саморегулирования. Можно было предполагать, что в условиях централизованной подготовки, когда спортсмены уравнены с точки зрения внешних условий, особую значимость для успешности подготовки приобретают внутренние условия, в частности умение программировать цели и средства специальной и общей подготовки, сознательно подчиняться принятым планам и корректировать их в зависимости от результатов различных этапов подготовки.

Задача исследования заключалась в том, чтобы выявить индивидуальные особенности саморегулирования, устойчиво проявляющиеся в разных ситуациях спортивной подготовки, и проследить их связь с личностным типом спортсменов и успешностью спортивной подготовки.

ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ МЕТОДИКИ

Сбор экспериментальных данных проходил в течение четырех спортивных сезонов (1984-1988) в период подготовки спортсменов-кандидатов в сборную команду СССР по пулевой стрельбе к XXIV Олимпийским играм.

Для каждого спортсмена нашей выборки (40 человек) были получены и сопоставлены показатели, характеризующие:

  • А. Индивидуальные и личностно-типологические особенности. Диагностировались на основе многолетних наблюдений и с помощью опросника Е. Личко [4]. Этот опросник был выбран на том основании, что диагностируемые с его помощью личностные типы наиболее близки к акцентуированным личностям К. Леонгарда, для которых нами ранее были выделены индивидуально-типические особенности саморегулирования [6].
  • Б. Индивидуальные особенности саморегулирования процессов спортивной подготовки. Для их диагностики на заключительном этапе отбора к Олимпийским играм было проведено обследование по специально разработанной опросной методике [14].
  • В содержание утверждений опросника входит описание различных особенностей деятельности и поведения спортсменов в процессе подготовки планов тренировочных и соревновательных нагрузок, стрелковых дневников, а также во время тренировочных занятий и соревновательных выступлений.

Утверждения опросника сгруппированы в пять шкал:

  1. Пл - планирование подготовки (обоснованность, реалистичность, устойчивость, временная перспектива, самостоятельность);
  2. Пр - программирование поведения и деятельности (осознанность, детализация, иерархичность моделей поведения и деятельности в тренировочных и соревновательных условиях);
  3. Ор - контроль и оценка результатов (детализация анализа результатов, акцент контроля на подготовке действий или результатов, строгость субъективных критериев успешности, самостоятельность оценок);
  4. Г - гибкость (точность и своевременность коррекции модели условий, планов и программ, оценки результатов при изменении условий);
  5. С - самостоятельность (самостоятельность планирования, программирования, оценки результатов).

Таким образом, для каждого спортсмена был получен «регуляторный профиль», состоящий из пяти оценок, соответственно каждой шкале, и суммарный показатель (Σ) по пяти шкалам, характеризующий индивидуальный уровень развитости осознанного саморегулирования (в таблице результатов показатели Пл, Пр, Ор, Г, С и Σ).

Коэффициенты ретестовой надежности для различных шкал и суммарного показателя имеют значение в пределах 0,73-0,92. Данные о дискриминативных коэффициентах и способах валидизации приведены в [14].

В. Индивидуальные особенности саморегулирования сенсомоторной деятельности. Диагностировались с помощью специально разработанного компьютерного варианта методики «Надежность саморегуляции действий при слежении за движущимся объектом» [13]. Спортсмены выборки многократно (4-19 раз) проходили обследование в течение четырех спортивных сезонов. обобщение полученных данных позволило выделить устойчивые индивидуальные особенности сенсомоторного регулирования.

Методика позволяет измерить большое число показателей сенсомоторного регулирования, в данном исследовании использовались в первую очередь показатели, характеризующие индивидуальные типы регуляции [13]. В основе их определения лежит ранее обоснованное положение о том, что в данной деятельности слежения строгость субъективного критерия определяется размахом зоны некорректируемых отклонений результатов действий от эталонного результата, который соответствует строгости назначенного критерия. Субъективный критерий может совпадать по строгости с назначенным или быть менее строгим, т.е. включать в качестве приемлемых ближайшие к эталонному результату отклонения. На основе анализа соотношения строгости назначенного критерия успешности и субъективно-приемлемого, а также характера распределения результатов в зоне некорректируемых отклонений были выделены следующие типы регуляции [11], [12].

  1. Субъективный критерий предельно строг, и зона некорректируемых отклонений включает только эталонный результат. При таком типе регуляции испытуемый ориентирован на максимально строгий заданный критерий (в таблице - СК).
  2. Субъективный критерий менее строг, чем назначенный, т.е. зона некорректируемых результатов включает не только эталонный результат, но и некоторые ближайшие отклонения от эталона, причем частота достижения эталонного результата выше, чем отклонений от него. При этом типе регуляции испытуемые как бы расширяют зону успеха для снижения напряженности, но не в ущерб результативности достижения эталона. Такой тип регуляции был назван продуктивным компромиссом (в таблице - ПК).
  3. Субъективный критерий менее строг, чем назначенный, но частота достижения заданного эталонного результата в отличие от предшествующего случая не выше, чем включенных в зону некорректируемых отклонений от него. Такой тип регуляции осуществляется на основе непродуктивного компромисса объективного и субъективного критериев, субъективного расширения зоны «успеха» и вытеснения «неуспеха» (в таблице В).

Таким образом, соответственно различным типам регуляции имеем три показателя СК, В и ПК. Ранее было показано, что регуляция первого и второго типов (СК и ПК) обеспечивает, как правило, более высокую эффективность сенсомоторных действий, чем регуляция на основе вытеснения (В), т.е. СК и ПК являются более продуктивными типами регуляции, чем в [11], [12]. При анализе результатов для каждого из индивидуальных обследований трижды (соответственно трем режимам обследования) диагностировался тип регуляции, и для каждого из испытуемых выборки подсчитывалась частота или выраженность каждого из типов регуляции по всему массиву обследований.

Таблица Показатели саморегулирования подгруппы с различной успешностью подготовки
Подгруппы Пл Пр Ор Г С Σ СК ПК В σ Т
Д| 6,4* 6,6 5,1* 7,7 8,5* 34,3* 0,57 0,18 0,22* 1,02 0,44
Д2 4,5 5,6 4,4 7,2 6,6 28,3 0,68* 0,23* 0,14 1,04 0,44
П| 4,7* 6,0* 4,7* 3,8* 5,3 24,5* 0,52 0,20* 0,24 0,98 0,41
п, 2,3 4,0 1,7 2,4 4,0 14,4 0,49 0,13 0,28* 0,99 0,42
а| 8,5* 5,8 4,2 8,3* 7,0 34,0 0,57* 0,19* 0.21 1,06 0,42*
А, 5,0 5,5 4,7 7,1 6,5 29,0 0,51 0,01 0,30* 1,59* 0,37

Примечания.  * р≤0,1;  ** р≤0,05 при попарном сравнении Д1 - Д2; П1 - П2; А1- А2.

Г. Индивидуальная успешность спортивной подготовки. Оценивалась дихотомически: 1) включен или не включен в состав олимпийской сборной по результатам отборочных соревнований; 2) стал лидером Олимпийских игр или не стал.

В качестве показателей точности сенсомоторных действий в экспериментальной методике использовалась доля эталонных результатов (Т) и среднее квадратичное отклонение (а), которые также определялись для каждого испытуемого путем усреднения показателей по всему массиву проведенных обследований.

АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ ОБСЛЕДОВАНИЯ

Наличие личностных акцентуаций было диагностировано у 35 из 40 обследованных. У большинства испытуемых был диагностирован смешанный тип, но наиболее часто встречались истероидная, шизоидная и психастеническая акцентуации. На основании этой диагностики, подкрепленной многолетними наблюдениями, были выделены три личностные группы: демонстративная группа с истероидной акцентуацией (Д-группа), аутичная группа с шизоидной акцентуацией (А-группа) и группа педантов с психастенической акцентуацией (П-группа).

В каждой группе были выделены две подгруппы с различной успешностью спортивной подготовки: прошедшие отбор в олимпийскую сборную (подгруппы Д1, А1, П1) и не прошедшие (подгруппы Д2, А2, П2).

Сопоставим индивидуальные особенности саморегулирования, выявленные по опроснику и по сенсомоторной методике, с тем, чтобы ответить на вопрос: каковы стилевые особенности регуляции у спортсменов с одной и той же личностной акцентуацией, но с различной успешностью подготовки? Не менее интересно было выяснить, какое влияние накладывает личностная акцентуация на формирование стиля регуляции.

Рассмотрим основные особенности индивидуального стиля саморегулирования у спортсменов с демонстративной акцентуацией (Д1 и Д2 в таблице). Эта группа оказалась наиболее многочисленной - 16 спортсменов, 8 из которых прошли отбор в олимпийскую сборную команду и составили 50% спортсменов-олимпийцев из нашей выборки. Среди призеров Олимпиады их было четверо (40%), но ни один из них не завоевал золотой медали. Спортсмены этих групп, принадлежащие к элите стрелкового спорта, обладают лучшими чертами демонстративного типа личности, высокой мотивацией достижения, умением собраться и показать свои лучшие достижения в ситуации публичного выступления, быстро адаптироваться в любой ситуации. Именно поэтому демонстративный тип так распространен среди спортсменов-стрелков высшей квалификации. Направление, характер приспособления, как было показано нами ранее [6], должны определяться чертами, присущими данному типу и являющимися наиболее уязвимыми в условиях высоких нагрузок: слабой способностью к осознанному адекватному планированию своей жизни на длительный период, высокой уверенностью в себе при отсутствии взвешенной критичной оценки своих действий и их результатов.

Как следует из таблицы, для демонстративных спортсменов, успешно подготовившихся и прошедших отбор в олимпийскую команду (подгруппа Д1), характерны значимо более высокие показатели по шкале планирования (П), чем в подгруппе не прошедших отбор (подгруппа Д2). Обращает на себя внимание также более высокий уровень показателя самостоятельности (С) и оценки результатов (Ор) в успешной подгруппе, что имеет, по-видимому, также компенсаторное значение, уменьшая свойственную лицам этого личностного типа зависимость от внешних оценок, стремление к ситуативным «внешним эффектам».

Личностные черты демонстративного типа проявляют себя и в регуляции сенсомоторных действий. Высокая мотивация достижения и уверенность проявляются в целом в высоких относительно других личностных подгрупп показателях регуляции на основе предельно строгого критерия (СК). Парадоксальным представляется на первый взгляд то, что в успешной подгруппе этот показатель ниже, чем в неуспешной, а показатель регуляции на основе ослабленного критерия (В) выше, чем в неуспешной подгруппе. Обращает на себя внимание и то, что показатель СК подгруппы не прошедших отбор (Д2) выше, а показатель В ниже, чем в любой другой подгруппе нашей выборки (см. таблицу). Такое соотношение показателей можно интерпретировать как следствие устойчивой тенденции завышения уровня притязаний, неадекватности оценки своих возможностей, что может приводить к снижению надежности регуляции при усилении психической напряженности. В целом следует отметить, что преимущества успешной Д-подгруппы определяются не столько регуляторными особенностями их сенсомоторики, сколько более высоким уровнем осознанного регулирования, организации всей подготовки (Σ) по сравнению с неуспешной Д-подгруппой.

Группа спортсменов с аутичной акцентуацией составила восемь человек (20% выборки), четыре из которых вошли в сборную команду и стали призерами Олимпийских игр, причем двое добились высших наград. Основными чертами аутичной личности являются замкнутость, сконцентрированность на своем внутреннем мире и вследствие этого плохая приспособляемость, негибкость поведения в изменяющихся внешних условиях [4], [6]. У спортсменов этой личностной группы наблюдается высокий уровень осознанного планирования своей подготовки (П), причем у успешной подгруппы (А1) показатели по шкале планирования значимо выше, чем в неуспешной (А2), и выше, чем в любой другой подгруппе выборки. Рациональностью мышления личности данного типа можно объяснить также и то, что нет различий между успешной и неуспешной подгруппами по суммарному показателю осознанного саморегулирования в отличие от двух других личностных групп, где успешные спортсмены обладают более высоким уровнем осознанного саморегулирования, чем неуспешные.

Снижение гибкости, присущее аутичным личностям, у спортсменов нашей выборки на уровне осознанного регулирования вполне скомпенсировано, но ярко проявляется в показателях сенсомоторного регулирования в слабой выраженности регуляции на основе продуктивного компромисса (ПК). Этот тип регуляции, требующий известной гибкости соотнесения назначенных критериев и собственных возможностей, у спортсменов аутичной группы в среднем встречается реже, чем в других личностных группах. Такая негибкость регуляции сенсомоторных действий делает их, по-видимому, более уязвимыми в реальной ситуации психической напряженности, так как именно продуктивный компромисс позволяет преодолевать эти ситуации, не снижая результативности. Однако спортсмены успешной подгруппы (А1) в какой-то мере компенсируют эту негибкость, более гибко выбирают способы регуляции и чаще используют как продуктивный компромисс (ПК), так и строгие критерии (СК). У спортсменов менее успешной подгруппы (А2) чаще наблюдаются ослабленные критерии, непродуктивный компромисс (В).

В аутичной группе в отличие от других личностных групп есть значимые различия по точности сенсомоторных действий (Ро), которая выше у успешных, и по показателю разброса результатов сенсомоторных действий (σ), имеющих большие значения в неуспешной подгруппе во всех режимах работы независимо от их сложности.

Таким образом, спортсмены успешной подгруппы (А1) действуют точнее в ситуации экспериментального обследования, и их субъективные критерии чаще соответствуют назначенным. Спортсмены неуспешной подгруппы (А2) менее точны и чаще формируют ослабленные критерии.

Личностная группа с психастенической (или педантичной, по К. Леонгарду) акцентуацией была третьей по многочисленности в нашей выборке и насчитывала 6 спортсменов, трое из которых успешно подготовились к Олимпийским играм и вошли по итогам отборочных соревнований в сборную команду СССР.

Отличительными чертами педантичного типа являются, как известно, чрезвычайное трудолюбие и добросовестность, стремление к упорядочиванию окружающего мира, тщательность в любой работе. Все это позволяет спортсменам этого типа достигать большего совершенства в технической подготовке, которая требует в стрельбе умения анализировать свои ощущения и действия, многократно повторять их, добиваясь ювелирной точности. Эти спортсмены бесконечно анализируют себя и свои действия, но принятие самостоятельных решений дается им труднее, чем аутичным и демонстративным личностям. В стрельбе это оборачивается тем, что планы и программы подготовки многократно обсуждаются и подготавливаются несамостоятельно и эффективность подготовки во многом определяется наличием и качеством контакта с тренером. Эти наблюдения ярко проявились в результатах опроса: уровень осознанного регулирования по всем шкалам в этой группе в среднем ниже, чем в других, что является следствием повышенной критичности к себе и недостаточной уверенности, характерной для спортсменов данного типа. Показатели самостоятельности (С) наиболее низки по сравнению с другими шкалами и другими личностными группами. Более успешно подготовившиеся спортсмены (П1) имели более высокие показатели развитости осознанного саморегулирования по сравнению с неуспешными (П2) по всем шкалам опросника, кроме самостоятельности.

На уровне сенсомоторных действий проявляется тенденция к снижению строгости субъективных критериев, к высокому уровню компромиссных типов регуляций ПК и В по сравнению с другими личностными группами. Успешная подгруппа (П1) отличается от неуспешной (П2) значимо большими значениями показателя ПК. Можно заключить, что свойственные психастеникам черты неуверенности в себе, недооценки своих возможностей проецируются на уровень сенсомоторных действий формированием типа регуляции на основе ослабленных по строгости критериев успешности действий. Группа успешных спортсменов компенсирует эту особенность за счет более широкого использования в своих действиях регуляции на основе ослабленного, но продуктивного критерия, т.е. регуляции типа продуктивного компромисса (ПК).

В заключение проанализируем распределение личностных типов в нашей выборке в связи со спортивной успешностью. Элитная команда стрелков, включившихся в отбор к Олимпиаде, включала больше спортсменов из Д-группы (50%), но среди призеров они теряют свое большинство, и ни один из них не завоевывает высшей награды. Две другие группы, менее многочисленные на стадии отбора, не уступают Д-группе по числу завоеванных медалей и добиваются высших наград. Отсюда можно заключить, что нет прямой связи между личностным типом и успешностью спортивной подготовки.

Результаты обследования позволяют сделать вывод о том, что для каждого личностного типа существуют комплексы устойчивых особенностей саморегулирования, связанных с различной успешностью спортивной подготовки. Специфическое влияние личностной акцентуации на особенности саморегулирования ярче проявляется в подгруппах с меньшей успешностью. Сопоставление индивидуальных особенностей регуляторики успешных подгрупп позволило выделить не только личностно-специфические, но и общие черты стиля регуляции, обеспечивающего высокую успешность деятельности. Этот стиль регуляции характеризуется развитым умением осознанно планировать и программировать свою деятельность, адекватно оценивать результаты своих действий, не фиксируясь на неудачах, и быть самостоятельным, не теряя контактов с окружающими, упорно добиваться достижения своих целей, точно и вовремя корректировать свои ошибки. На сенсомоторном уровне продуктивный стиль проявляется в выраженности продуктивных типов регуляции, которые формируются на основе критериев успешности, учитывающих как назначенные требования, так и субъективные особенности. Регуляторные особенности опосредствуют влияние личностной акцентуации на успешность деятельности, а формирование данного стиля регуляции позволяет компенсировать негибкость аутичность спортсменов, неуверенность и тревожность спортсменов с педантичной акцентуацией, а также склонность к завышению уровня притязаний, неумение организовать в целом свою подготовку спортсменами с демонстративной акцентуацией.

Согласно предложенной нами ранее классификации стилей регуляции, выделенный комплекс регуляторных особенностей ближе всего к гармоничному стилю, характеризующемуся гармоничной развитостью различных звеньев регуляции, их общих и специфических особенностей [6]. Встает вопрос: существует ли связь между стилем регуляции и результативностью деятельности? Как известно, существование связи между стилевыми проявлениями и успешностью является дискуссионным [2], [8], [14]. И в нашем случае вопрос этот решается неоднозначно, так как высокие показатели саморегулирования в отдельных случаях наблюдались и у спортсменов, не вошедших в успешную подгруппу.

Но в то же время тот факт, что среди спортсменов, прошедших отбор, большинство обладали всеми чертами гармоничного стиля, доказывает, что высокий уровень осознанного регулирования является если и недостаточным, но в большой степени необходимым условием высокой результативности.

Не следует забывать, однако, что была обследована элитная группа спортсменов, отличающаяся от других выборок именно чрезвычайно высоким уровнем саморегулирования профессиональной деятельности. При обследовании других выборок, когда образ жизни не предъявляет таких жестких требований к регуляции, нет оснований предполагать наличие столь высокой степени гармонизации процессов саморегулирования, по-видимому, чаще должен иметь место стиль регуляции с акцентуацией отдельных регуляторных звеньев, который может и не давать предельно высокой результативности, но удовлетворять принятым в обществе и личностью критериям достижения.

Отметим, что высокий уровень осознанного регулирования и гармоничная развитость отдельных звеньев регуляции не означают нивелирования индивидуальности, так как схожесть структуры регуляции, способов организации активности ни в коем случае не означает единообразия конкретных форм реализации этой активности. Как убедительно доказывают результаты наших исследований, одинаковые по продуктивности особенности регулирования могут иметь в своей основе различную личностно-типологическую основу.

По существу стиль регуляции аккумулирует типичные для данной личности способы организации своей активности, и в этом смысле он является предпосылкой формирования индивидуальных стилей деятельности при овладении новыми ее видами. Поэтому диагностика стиля регуляции, знание индивидуальных особенностей отдельных регуляторных звеньев позволят решать психолого-педагогические задачи проектирования индивидуальных стилей конкретных видов профессиональной деятельности, решать задачи профессиональной адаптации.

  1. Адлер А. Индивидуальная психология // История зарубежной психологии: Тексты / Под ред. П.Я. Гальперина, А.Н. Ждан. М., 1986.
  2. Азаров В.Н. Стиль действования: импульсивность - управляемость // Вопр. психол. 1982 №3.
  3. Ильин Е.П. Стиль деятельности: новые подходы и аспекты // Вопр. психол. 1988. №6. Стр.85.
  4. Кабанов М.М., Личко А.Е., Смирнов В.М. Методы психологической диагностики и коррекции в клинике. Л., 1983.
  5. Климов Е.А. Индивидуальный стиль деятельности в зависимости от типологических свойств нервной системы. Казань, 1969.
  6. Конопкин О.А., Моросанова В.И. Стилевые особенности саморегуляции деятельности // Вопр. психол. 1989. №5. С.18-26.
  7. Конопкин О.А., Прыгин Г.С. Связь учебной успеваемости студентов с индивидуально-типологическими особенностями их саморегуляции // Вопр. психол. 1984. №3.
  8. Круглова Н.Ф. Выявление особенностей саморегуляции деятельности оператора ЭВМ // Школа и производство. 1989. №3.
  9. Моросанова В.И. О стилевых особенностях саморегулирования как фактора успешности овладения профессиональной деятельностью школьников // Психологические условия профессионального становления личности в свете реформы общеобразовательной и профессиональной школы: Материалы конференции. Славянск, 1988.
  10. Мерлин В.С. Очерк интегрального исследования индивидуальности. М., 1986.
  11. Моросанова В.И. К вопросу об осознаваемости субъективных критериев точности действий слежения за движущимся объектом // Новые исследования в психологии. 1980. №2. С.3-8.
  12. Моросанова В.И., Степанский В.И. Метод выявления субъективного критерия // Вопр. психол. 1982. №3.
  13. Моросанова В.И. О методах диагностики надежности психического саморегулирования деятельности // Психологический контроль в системе подготовки спортсменов высокой квалификации. М., 1984.
  14. Моросанова В.И., Соколова Л.А. Опросный метод для диагностики осознанного уровня саморегулирования деятельности // Новые исследования в психологии и возрастной физиологии. 1989. №2. С.14-18.
  15. Сизов К.В. Индивидуальный стиль и проблема личностного подхода к способностям // Вопр. психол. 1988. № . Стр.160.
  16. Соловьев А.В. Исследование познавательных стилей в американской психологии познания // Зарубежные исследования по психологии познания. М., 1977.
  17. Щукин М.Р. О структуре индивидуального стиля трудовой деятельности // Вопр. психол. 1984. №6.

Поступила в редакцию 22.VI 1990г.