Стиль межличностных отношений и аутоагрессивные тенденции у подростков с различным риском развития зависимого поведения

И.Н. Абросимов (Москва)

Актуальность. Современные эпидемиологические исследования в области наркологии указывают, что, несмотря на снижение общих показателей наркотизации и алкоголизации в нашей стране, уровень потребления психоактивных веществ среди населения остается на достаточно высоком уровне (Кошкина, Киржанова, Бобков, 2016). Наряду с биологическими и социальными аспектами возникновения и развития зависимостей большое внимание многие исследователи уделяют проблеме изучения и клинико-психологических факторов при решении задач профилактики (Сирота, Ялтонский, 2014; Геронимус, Абросимов, Колпаков, 2017) и реабилитации (Меркурьева, Малыгин, Искандирова, 2013; Ялтонский и др., 2017). Учитывая социально-демографические особенности феномена зависимости, актуальной является проблема злоупотребления ПАВ и интернетзависимости в подростковом возрасте.

Цель данной работы – исследование аутоагрессивных тенденций в соотношении со стилем межличностных отношений у подростков с различным риском зависимого поведения.

Гипотеза исследования: стиль межличностных отношений и аутоагрессивное поведение играют значимую роль в формировании риска зависимого поведения среди подростков, их показатели отличаются в группах с различным уровнем риска зависимого поведения.

Характеристики выборки. В исследовании приняли участие 75 подростков, обучающихся в учреждении среднего профессионального образования (техникум) по специальности «Геология» (Московская область), в возрасте от 14 до 17 лет (средний возраст составил 16,01±1,03 года). Исследование включало в себя применение следующих психодиагностических инструментов:

  1. Тест-опросник «Склонность к зависимости от употребления психоактивных веществ»;
  2. Методика «Диагностика межличностных отношений» Т. Лири;
  3. Опросник психопатологической симптоматики Дерогатиса – SCL-90-R (Simptom Check List-90-Revised);
  4. Опросник суицидального риска (модификация Т.Н. Разуваевой).

Для проведения сравнительного исследования на основании опросника «Склонность к зависимости от употребления психоактивных веществ» общая выборка подростков была разделена на две соотносимые по полу и возрасту группы: группа А – подростки с низким риском зависимого поведения (n=50) – и группа Б – подростки с высоким риском зависимого поведения (n=26). Данные группы статистически значимо различались по общему показателю риска (р≤0,05).

Математические методы, применявшиеся при анализе данных: дескриптивный анализ, вычисление и описание средних значений (Me), стандартных отклонений (SD); анализ значимости различий: вычисление и описание различий между исследуемыми группами по критерию U Манна–Уитни (SPSS Statistics 22).

Результаты и их интерпретация. Описание психопатологической симптоматики в общей выборке показало, что все шкалы не превышают нормативныеданные, приведенные авторами методики. Однако при сравнении данных показателей в выделенных группах было обнаружено, что в группе Б – подростков с высоким риском зависимого поведения – статистически значимо выше, чем в сравниваемой группе показатели по шкалам Соматизация (0,62±0,41, 1,03±0,68 балла; P=0,004), Межличностная сензитивность (0,91±0,57, 1,31±0,87 балла; P=0,036), Депрессивность (0,67±0,49, 1,04±0,68 балла; P=0,020), Тревожность (0,71±0,50, 1,15±0,67 балла; P=0,005), Враждебность (0,87±0,63, 1,60±0,70 балла; P=0,001) и Психотизм (0,44±0,35, 0,90±0,76 балла; P=0,001). Шкалы Враждебность и Паранойяльность превышают нормативные данные, приведенные авторами методики.

Особо интересными представляются результаты исследования риска и структуры суицидального поведения. Так, в группе Б статистически значимо выше показатели по шкалам Демонстративность (2,08±1,58, 3,36±1,37 балла; P=0,005), Уникальность (1,66±1,60, 3,12±1,68 балла; P=0,002), Несостоятельность (3,33±1,59, 5,00±1,09 балла; P=0,001), Социальный пессимизм (3,97±1,63, 4,87±1,30 балла; P=0,050), и Негативная Временная перспектива (1,88±1,46, 3,52±1,77 балла; P=0,001).

Подросток, входящий в группу высокого риска развития зависимости, склонен привлекать внимание к своей персоне, которую считает исключительной, не похожей на других. Как уже отмечалось ранее, окружение воспринимается как враждебное, неспособное воспринять его уникальные негативные переживания и не позволяющее реализовать или даже сформулировать свои планы в будущем. Это представляет собой опасность, так как данная группа подростков обнаруживает себя незащищенной перед социумом и готовой к реагированию развитием не только аддиктивного, но и в целом саморазрушающего типа отклоняющегося поведения. Положение о феноменологической сопряженности зависимостей и суицидальной активности подтверждается результатами большого количества эмпирических исследований. Поэтому важной остается задача клинико-психологического сопровождения образовательного процесса с целью ранней диагностики и профилактики риска аутоагрессивного, в том числе зависимого поведения в подростковом возрасте. Наконец, исследование стилей межличностных отношений в сравниваемых подгруппах позволяют дополнить ранее полученные результаты. Подростки группы Б отличались более высокими показателями по шкалам Прямолинейность–агрессивность (6,48±3,04, 8,33±2,69 балла; P=0,035) и Недоверчивость–Скептичность (6,55±2,93, 8,20±2,51 балла; P=0,044). Эти шкалы являются лидирующими в структуре индивидуальных стилей межличностных отношений. При этом в группе А выше показатели по шкале Ответственность–Великодушие (8,25±3,40, 6,33±3,04 балла; P=0,050). В структуре индивидуальных стилей межличностных отношений данных подростков лидирует Сотрудничество–Конвенциальность.

Подростки, отличающиеся высоким риском зависимого поведения, характеризуются преобладанием враждебных тенденций в реализации неконструктивных межличностных отношений. На фоне интенсивного чувства собственной неполноценности и оценки имеющихся негативных переживаний как уникальных подростки данной группы не справляются с преодолением эмоций и транслируют их вовне, что снижает эффективность взаимоотношений с окружающими и общую адаптивность.

Выводы

  1. Результаты проведенного исследования позволяют описать два континуума в модели развития зависимого поведения подростков, базирующейся на процессах оценки внутренних негативных, в том числе аутоагрессивных переживаний, их трансформации и трансляции. Данные континуумы соотносятся с низким и высоким уровнем риска развития зависимого поведения в подростковом возрасте.
  2. Подростки с низким риском зависимого поведения характеризуются подозрительным и настороженным отношением к другим, что может быть рассмотрено здесь как адаптивная форма избирательности в общении. Негативные переживания не расцениваются ими как уникальные, преодолеваются и не транслируются в межличностные отношения, что снижает конфликтогенность общения с другими и приводит к сотрудничеству с ними.
  3. Формирование высокого риска зависимого поведения в подростковом возрасте может быть рассмотрено в связи с искаженной оценкой своей неполноценности и несостоятельности, которая не способствует адаптации и коррекции поведения, а служит источником тревоги и депрессии в эмоциональном фоне и враждебных тенденций в межличностных отношениях. Имеющиеся эмоциональное напряжение и коммуникативные сложности могут быть преодолены с помощью аутоагрессивного, в том числе аддиктивного, поведения за счет отвлечения от непереносимых «токсичных» переживаний и/или снижения их интенсивности.
  4. Разработка мероприятий клинико-психологического сопровождения, направленного на мониторинг и контроль риска зависимого поведения среди подростков, может в качестве мишеней психодиагностической и психокоррекционной работы рассматривать такие психологические параметры как оценка собственной несостоятельности и индивидуальный стиль межличностных отношений.

Литература

  1. Геронимус И.А., Абросимов И.Н., Колпаков Я.В. Структура семейной системы как фактор развития зависимого поведения подростков // Вопросы наркологии. 2017. № 6. С. 48–50.
  2. Кошкина Е.А., Киржанова В.В., Бобков Е.Н. Эпидемиология наркоманий // Наркология / Под ред. Н. Н. Иванца, И. П. Анохиной, М. А. Винниковой. М.: Издат. группа «ГЭОТАР-Медиа», 2016. С. 26–38.
  3. Меркурьева Ю.А., Малыгин В.Л., Искандирова А.С. НейроПсихологическая диагностика интернет-зависимости у подростков // Психиатрия. 2013. № 4. С. 56.
  4. Сирота Н.А., Ялтонский В.М. Я-концепция в подростковом возрасте и ее роль в формировании механизмов адаптации. М.: МГМСУ, 2014.
  5. Ялтонский В.М., Сирота Н.А., Ялтонская А.В., Московченко Д.В. Множественные аддиктивные расстройства у подростков (сочетание химических, пищевых и поведенческих зависимостей) // Школа В. М. Бехтерева: от истоков до современности / Под ред. Н. Г. Незнанова. СПб.: Альта Астра, 2017. С. 371–372.

Автор(ы): 

Дата публикации: 

7 ноя 2017

Вид работы: 

Название издания: 

Страна публикации: 

Индекс: 

Метки: 

    Для цитирования: 

    Абросимов И.Н. Стиль межличностных отношений и аутоагрессивные тенденции у подростков с различным риском развития зависимого поведения // Психология - наука будущего: Материалы VII Междунар. конф. молодых ученых "Психология - наука будущего". Москва, 14-15 ноября 2017 г. – М.: Ип РАН, 2017. – С. 16-20. – 0,3 п.л.

    Комментарии

    Добавить комментарий

    CAPTCHA на основе изображений
    Введите код с картинки