Картография с детьми в культурно-исторической теории: детские логики и стили авторства

Высшее учебное заведение: 

Картография с детьми в культурно-исторической теории: детские логики и стили авторства // Обучение и развитие: современная теория и практика. Материалы XVI Международных чтений памяти Л.С. Выготского. - 2015.

Картография с детьми в культурно-исторической теории: детские логики и стили авторства[1]

География детства как одна из областей исследования и познания признает, что дети рождаются в заранее существующих ландшафтах, переживают территории, места и другие пространства, которые являются выражениями географического места. География детства пытается понять детей и детство, имея в качестве отправной точки эти пространства и конфигурации, которые исходят из неё, и среди которых мы выделяем пейзаж, территорию и место.

Будучи включённой в очень незначительную традицию в Бразилии, эта область исследования ставит своей задачей не только систематизацию своих понятий и включение в дискуссии географической науки современные учения о детях и их семьях, но также она стремиться обсудить методологические задачи, которые эти исследования представляют.

Можно сказать, что именно в 70-ые годы прошлого века начинают накапливаться работы, которые связаны с детьми и их пространственными месторасположениями. Исследования, разработанные в различных географических контекстах, но под сильным влиянием положений Гуманитарной Географии, дадут начало серии действий и нотаций, которые преследуют цель раскрыть бытие детей в пространстве.

Критикуя статистические исследования в Географии, связанные с рационалистическим описанием и позитивизмом, а также с экономическим редукционизмом марксистского движения внутри этой науки, Гуманитарная География преследует понимание восприятия и представления пространства индивидами, имея ввиду его уникальный и специфический характер, и одновременно констатирует принадлежность индивида к определенной культуре.

«Идеи о пространстве и месте» – это слова, которые обозначают то, что ожидает данная культура при раскрытии обитаемого мира субъектами, встречу между людьми и пространством, констелляции, в которых появляются и сплавляются состояния человека и географическое состояние, – вот поставленные задачи! Географам остается упорно работать для определения путей, формулировки теорий для интерпретации новой terrae incognitae, которую сейчас нельзя отнести к необитаемой территории, далекой от Европы, но которая «находится внутри душ и сердец людей»[2].

Географы этого теоретического течения опираются на «философии значений, особенно, на феноменологию и экзистенциализм» (Côrrea, 1995, с. 30) и «гуманитарная география опирается на субъективизм, на интуицию, на чувства, на опыт, на символизм и на непредвиденное с привилегией специфического» (там же). Исследование окружающей среды, образующее сердцевину этого движения, учитывает «пространственные чувства и идеи группы или народа о месте с основой на переживании» (там же). Признать географическую практику «другого», своё переживаемое пространство – это фундаментальные черты такого анализа.

Место, которое понимается как аффективные отношения, устанавливаемые людьми с пространством, оценивается как центральное в исследованиях, а понятие «топофилия», развитое Туаном (1980), получает известность не только в Географии, но также в других областях науки.

Вдохновения, полученные от когнитивной психологии Пиаже (разные работы) и от психологии переживания пространства Фремонт (1976), подкрепляют диапазон человеческого опыта и заново констатируют уход от классических тезисов, по которым анализировались переживания мужчин, женщин и, конечно же, детей.

Исследования Пиаже о переживании детьми пространства ярко представлены в различных книгах (ПИАЖЕ и ИНГЕЛДЕР, 1993, например), они приводят ко множеству утверждений и фактов, которые способствуют разработке представлений об отношениях, устанавливаемых детьми в своих пространствах близких и далеких, как они ими воспринимаются, фиксируются и представляются.

Исследования Пиаже расширяют и углубляют трактовку детства как научного и универсального понятия, а работы Арманд Фремонт, опубликованные в 1976 году под названием La Région, espace vécu (Регион, пережитое пространство), поддерживают понятие переживания пространства как ключевого понятия этого движения, обнаруживающего как люди испытывают и выражают пространства в виде концепции, значения, которые географические знания имеют в различных местах, и это фундаментальные ориентиры для исследований в настоящем моменте.

Другая работа, опубликованная в 1960 году, сильно влияет на эти исследования. Имеется ввиду книгу «Изображение города» Кевина Линча. Это результат исследований разных лет в трех городских районах Соединённых Штатов (Лос-Анжелес, Бостон, Жерсей Сити); автор отмечает как эти города воспринимаются в своих пространственных конфигурациях.

В процессе знакомства с городами, как показывает Линч, люди формируют ментальные карты, которые, пройдя через вышеописанный процесс, также получают своё значение на основе опыта и личных историй.

Хотя его перспектива и предложение предполагает разрыв с декартовским рациональным движением, это исследование отдаёт большую роль когнитивному аспекту восприятия и построения понятий пространства, развитие этого исследования повлияло и продолжает влиять на другие области, как, например, Картография и Образование.

Разработанная в России после Социалистической Революции, когда создавался Советский Союз, имеющая среди своих самых известных основоположников Льва Семеновича Выготского, Алексея Николаевича Леонтьева и Александра Романовича Лурии, культурно-историческая теория преследует систематизировать другую форму понимания человека и его развития.

В Бразилии идеи этой теории начались распространяться в 70-ых годах прошлого столетия в контексте борьбы за гегемонию, которая определила географический биполярный порядок этого периода. Переводы, пришедшие из вторичных источников (с английского и испанского, например) принимаются и распространяются в различных областях познания, включая образование, но не поднимаются при этом вопросы о неточностях и возможных предвзятостях этих переводов.

Сегодня возможности перевода подобранных текстов прямо с русского языка на португальский позволяют пересмотреть многие понятия (PRESTES, 2012) и идеи, которые открывают новые перспективы.

Тезисы авторов культурно-исторической теории позволили по-другому посмотреть на детей и их детство, включая в это рассмотрение область изучения пространства. Одно из этих понятий, среди многих других, это понятие переживания, которое представляет большой интерес для исследований в области Географии Детства и, по Престес (там же) должно переводиться не как опыт, как это появляется во многих переводах.

Единство среды (Vigotski, 2010) и человека – вот где находится переживание. Среда является географическим измерением, так как, если дети рождаются в заранее культурно организованных ландшафтах (географические места и историческое время), в узких социальных нишах, и всё это предопределяет специфику восприятия с самого рождения, культура обучает с самого начала их развития. Поэтому можно вычленить географическое измерение в их развитии.

На базе этих идей, в 2014 году, мы начали исследование и выбрали в качестве темы картографическое переживание детей. Центральным пунктом систематизации работы являются детская логика и авторство и этим самым преследует изучить как дети картографируют пространства в учреждениях, которые они посещают? Какие места появляются в качестве переживаемых ими мест? Какие пространственные, топологические сети участвуют в их ежедневной жизни и как эти места переживаются ими и представляются картографически?

Нас интересуют генетические эмбриональные формы процессов переживания картографических элементов, генезис творчества и авторской картографической деятельности, которая, по нашему мнению, объясняет формирование высших структур творчества и авторства. Наша гипотеза заключается в том, что дети мобилизуют, активизируют функции в условиях со-присутствия в социуме, в группах, которые функционируют как «прамы» в переживаниях ситуаций, которые составляют интернализированные базовые способности, индивидуализированные позже. Проблема состоит в изучении того, как в социальных ситуациях – в нашем случае в школьных ситуациях – дети выражают эти изначально коллективные переживания и какие картографические элементы в них циркулируют и влияют на них.

Первые данные исследования позволяют нам утверждать, что:

  • Когда дети делают свои карты, они изображают на них то, что знают, помнят и не всегда то, что видят. Это сближает картографическую логику с логикой рисунка, отмеченной Выготским в своих исследованиях;
  • Карты детей отражают выражение движений, которые присутствуют в их ежедневной жизни, они не статичны; в построении композиций важны не только формы, но особенно процессы;
  • Люди, животные, насекомые и другие живые существа всегда отмечены, места никогда не появляются сами по себе или пустыми;
  • При разработке карт, при начертании своих изображений, дети пользуются устной речью, карты рисуются в тесной связи с устной речью, поэтому дети объясняют, говорят, что картографируют;
  • В процессе пространственного изображения всегда имеют место отношения между людьми, прежде всего, ребенок – ребенок, ребенок – взрослый. Речь какого-то ребенка в момент изображения ситуативных карт сильно влияет на изображения, которые делает другой ребенок;
  • Изображения демонстрируют предметы, которые переживаются, причём понятие переживания берётся в той перспективе, которую разработал Выготский: изображения основываются на творческой переработке, где элементы переживаемой культуры перемешиваются с элементами картографической культуры.

Как можно заметить в сделанных детьми картографических представлениях, существуют специфические формы. Несмотря на многие сходства с рисунком, которые были анализированы Выготским в своих исследованиях в первой четверти ХХ века, дети уже намечают карту как построение, которое имеет функцию ориентировать и это их сближает с другими инструментами, у которых те же характеристики, как например, GPS.

Дети, участвующие в исследовании, посещают учреждение Детского Воспитания, приблизительно в возрасте 5 лет и признают, что карты всегда рассказывают что-то, говорят с нами о местах.

Литература

  1. CÔRREA, R. L. Espaço, um conceito-chave da geografia. In: CASTRO I E; GOMES, P. C. da C; CORRÊA, R. L (Orgs). Geografia: conceitos e temas. Rio de Janeiro: Bertrand Brasil, 1995. p.15-47
  2. LYNCH, Kevin. The Image of the City. Cambridge: M.I.T. Press, 1960.
  3. LOPES, Jader J.M; VASCONCELLOS, Tânia de. Geografia da Infância: reflexões sobre uma área de pesquisas e estudos. Juiz de Fora: FEME/UFJF, 2005.
  4. LOPES, Jader J. M.; MELLO, Marissol B. de. (org) «O jeito de que nós crianças pensamos sobre certas coisas – dialogando com as lógicas infantis.» Rio de Janeiro: Rovelle. 2009
  5. PIAGET, Jean; INHELDER, Bärbel. A representação do espaço na criança. Porto Alegre: Artes Médicas, 1993.
  6. PRESTES, Zoia. Quando não é quase a mesma coisa. Traduções de Lev Semionovitch Vigotski no Brasil. Campinas: Autores Associados, 2012.
  7. TUAN, Yi-Fu. Topofilia.São Paulo: Difel, 1980.
  8. TUAN, Yi-Fu. Geografia Humanística in CRISTOFOLETTI, Antonio (org). Perspectivas da Geografia. São Paulo: Difel. 1982.
  9. VIGOTSKI, L.S. Obras escogidas. Tomo IV. Madrid: Visor y A. Machado Libros, 2006.
  10. VIGOTSKI, L.S. Quarta aula: a questão do meio na Pedologia. PSICOLOGIA USP, São Paulo, 2010, 21(4), 681-701.

[1] Этот текст описывает часть исследования «Социально-пространственные переживания детей в учреждениях Детского Воспитания: картография с детьми», которое утверждено Комитетом этики на Платформе Brasil/UFJF, в 2014г.
[2] Речь, произнесенная Wright в 1946г. В Ассоциации Американских Географов и транскрипция LOWENTAL, 1982.

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки