Алёшичева А.В. Интегральные факторы, обеспечивающие сохранение психического здоровья спортсмена

 в раздел Оглавление

«ЗДОРОВЬЕ ЛИЧНОСТЬ ОБЩЕСТВО»

Раздел 1
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЗДОРОВЬЕ ЛИЧНОСТИ

Алёшичева А.В.
Интегральные факторы, обеспечивающие сохранение психического здоровья спортсмена

Мнения исследователей о показателях здоровья весьма разноречивы и трудно сводятся к общепринятому мнению. Из анализа литературы становится ясным следующее: одни авторы выделяют отдельные элементы, качества, черты личности, влияющие на состояние психического здоровья, в то время как другие стремятся найти и описать интегральные, обобщенные компоненты, от которых зависит состояние психического здоровья личности. Строго говоря, выделяют две группы показателей:

  1. отдельные или частные свойства личности;
  2. интегральные показатели, детерминирующие определенный уровень ее психического здоровья.

В этой статье осуществлено описание и обоснование значения интегральных факторов личности спортсмена в процессе сохранения его здоровья.

Необходимо отметить, что среди интегральных характеристик личности, влияющих на психическое здоровье, авторами, чаще всего, называются следующие: адекватное Восприятие реальности, себя и других, благополучие, гармоничность, социально-психологическая адаптация, психологическая и эмоциональная устойчивость, уравновешенность и согласованность. Реже приводятся такие характеристики, как целостность, интегрированность, соразмерность, надежность, самоконтроль и саморегуляция.

Попытаемся раскрыть содержание перечисленных характеристик, их отношение к категории «психическое здоровье» и значение для его сохранения и укрепления.

Итак, «адекватное Восприятие окружающего мира» – фактор, который подчеркивают О. Бэкер, С. Рифф и С. Киз, Б.С. Братусь, Г. Олпорт, А. Маслоу и др. Фактор «адекватное Восприятие себя» встречается в работах А. Эллиса, Г.С. Никифорова, Л.Б. Соколовской, Г. Олпорта, А. Маслоу, а «адекватное Восприятие реальности» – освещается в работах В.И. Лебедева, О.Н. Кузнецова, Г. Олпорта, А. Маслоу, Н.Д. Лакосиной, Г.К. Ушакова.

Подчеркивая положительное значение адекватности восприятия в процессе сохранения психического здоровья, исследователи аргументируют это наличием в адекватности посто- янства основных свойств и субъективного образа. Чем ближе воспринимаемый личностью образ к реальности, тем выше уровень ее психического здоровья. Известно, что апперцепция определяется содержанием психической жизни человека, а значит, и состоянием его психического здоровья.

Как отмечено выше, интегральной характеристикой, влияющей на психическое здоровье, авторы считают адекватность восприятия реальности, мира и себя, т.е. психическое здоровье как одно из важных состояний личности зависит от многоуровневой системы восприятия ею себя, окружающих и мира в целом.

Очевидно, адекватность восприятия для спортсменов также имеет весьма существенное значение. Причем из всех известных видов восприятия для лиц, занимающихся разными видами спорта, более важными будут не все имеющиеся, а определенные виды восприятия, доминирующие в конкретном виде спорта. Например, для единоборцев – это Восприятие движений соперника, а для легкоатлетов (бегунов) или лыжников – восприятие времени и т.д.

При сильном физическом и нервно-психическом утомлении адекватность восприятия нарушается, что не может не отражаться на психическом здоровье спортсмена. Это означает, что адекватность восприятия является важным фактором в процессе сохранения психического здоровья личности спортсмена.

Следующим фактором, упоминаемым многими авторами, является благополучие. Смысловое пространство этоготермина широко. Так, термин «благополучный» трактуют как счастливый, пребывающий в хорошем состоянии, имеющий успешное окончание, добрый.

В понятие благополучие личности, например, Л. Куликов вкладывает представление о том, что это «обобщенное и относительно устойчивое переживание, имеющее особую значимость для личности». Именно оно в большой степени определяет характеристики доминирующего психического состояния – «благоприятного состояния – способствующего согласованному протеканию психических процессов, успешному поведению, поддерживающему психическое и физическое здоровье или, напротив, неблагоприятного» [17, с. 123].

Благополучие является всегда субъективным, и часто его связывают с чувством удовлетворенности и самосознанием [25; 27]. Психологическое благополучие трактуется с разных, часто противоположных позиций. Так, в исследовании Т. Шеленкова и П. Фесенко выделяется два противоположных взгляда на это понятие. Приверженцы первого объединяют понятие «психологическое благополучие» с такими понятиями, как психологическое здоровье, качество жизни, социальная адаптация и др.

Почитатели второго подхода и взгляда на психологическое благополучие, наоборот, считают, что это понятие является близким по значению к названным понятиям, однако оно не тождественно им [29].

Эти авторы, на наш взгляд, справедливо относят психологическое благополучие к субъективной эмоциональной оценке человеком себя и собственной жизни, они делают акцент на том, что при наличии благополучия субъект стремится к самоактуализации и личностному росту. Действительно, психологическое благополучие напрямую не связано с наличием каких-либо негативных психических состояний, хотя от степени их выраженности зависит.

Благополучие как субъективно воспринимаемое пребывание в хорошем удовлетворенном состоянии определяется его составляющими: физическим, психологическим, духовным, материальным благополучием. Следует подчеркнуть, что все компоненты благополучия между собой тесно связаны и взаимно влияют друг на друга, что определяет ощущение целостности, внутреннего равновесия и слаженности психических функций и процессов.

В то же время Л. Куликов выделяет только два основных компонента благополучия: когнитивный и эмоциональный [17].

На наш взгляд, психологическое благополучие личности является интегральным фактором, отражающим субъективно воспринимаемое состояние удовлетворенности собой, процессом самоактуализации, окружением и качеством жизни.

Еще один фактор, при помощи которого характеризуют уровень психического здоровья личности, многие исследователи называют гармоничностью (А. Милтс, Л. Куликов, В. Ананьев, Г. Никифоров).

Гармония означает связь, созвучие, соразмерность, т.е. это стройная согласованность частей одного целого. По мнению В. Коляды, гармоничная – это значит целостная личность, которая в структурно-функциональном и системном аспектах представляет собой гармоничное «единство телесного, социального и духовно-нравственного компонентов» [13, с.9].

Рассуждая о гармоничности личности, Л. Куликов пишет: «Соразмерность количественных характеристик пространства, времени и энергии личности можно конкретизировать как соразмерность объемом пространства личности, скоростью личностного времени и уровнем энергии личности» [17, с.67].

Поскольку гармония трактуется как стройность, соразмерность частей, внутренняя их упорядоченность, то гармоничность как интегральный фактор вполне может использоваться для характеристики состояния психического здоровья личности. Более того, с философских позиций гармоничность является категорией, отражающей внутреннюю и внешнюю целостность и соответствие содержания и формы объекта. Применяя данное понятие, к обсуждаемой проблеме его следует понимать как адекватность и правомочность, характеризующие психическое здоровье личности.

Социально-психологическая адаптация также рассматривается как интегральный фактор сохранения психического здоровья. О. Васильева и Ф. Филатов, анализируя роль адаптации в сохранении здоровья личности, считают, что в этом процессе существует два главных параметра: «приспособленность к окружающей биосоциальной среде и гармоничная включенность в сообщество людей. Данные параметры представляют собой соответственно два основных компонента (или аспекта) общей адаптированности человека: биологический и социаль- ный» [8, с.42-43].

Однако в решении проблемы психического здоровья необходимо акцентировать внимание на социально-психологической адаптации, потому как согласно нормо-центристскому подходу любое нарушение психического здоровья равнозначно отклонению от принятой в обществе нормы.

А согласно Р. Хэнки, социальная адаптация представляет собой процесс, посредством которого индивид достигает социального равновесия, что означает отсутствие конфликта со средой или наличие высокого уровня психического здоровья. Так, Г. Салливан считал, что внутренний разлад есть следствие конфликта между индивидом и человеческим окружением. Иначе говоря, успешная социально-психологическая адаптация к общественным требованиям и межличностным отношениям есть условием психического здоровья и благополучия личности.

Подчеркивая доминирование в жизни человека социального компонента (по сравнению с биологическим), О. Васильева и Ф. Филатов пишут: «Здоровым может быть признан лишь тот человек, который гармонично включен в свое социальное окружение, адекватно действует и полноценно реализуется в нем» [8, с.62]. При этом они отмечают, что цивилизация не только обеспечивает выживание человека и освоение им окружающей биологической среды, делая это «слабое и незащищенное животное» властелином природы, но и в значительной степени ослабляет, деформирует человеческое естество, отрывая человека от его природных корней [8].Таким образом, они, подчеркивая двойственность природы человека, все же склоняются к главенствующей роли социального компонента. Апеллируя к влиянию общественной составляющей на здоровье человека, К. Ясперс писал: «Цивилизация создает особые физические условия, которые на тех же правах, что и природные обстоятельства, воздействуют на здоровье людей и могут приводить к возникновению как физических недугов, так и аномальных состояний души» [30, с.858].

А учитывая психосоматические взаимодействия, можно считать, что негативные изменения в психике, обретенные человеком вследствие влияния экстремальных и стрессогенных условий общественного бытия, во-первых, создают предпосылки для предпатологических изменений в физическом здоровье, а во-вторых, без сомнения отрицательно сказываются на его психическом здоровье.

Следовательно, если говорить о психическом здоровье личности, то необходимо помнить, что формирование личности происходит только в условиях общественного влияния, а значит, и социально-психологическую адаптацию нужно рассматривать как интегрирующий фактор, способный повернуть вектор развития психического здоровья либо в сторону улучшения, либо ухудшения. З. Фрейд считал, что извечный конфликт биологического и социального в человеке оборачивается утратой душевного здоровья и благополучия. Однако не нужно забывать, что процесс формирования личности определяется культурой человечества и общественными ценностями, и поэтому личностное психическое здоровье зависит от этих системообразующих начал. Причем социально-психологическая адаптация личности является мерилом уравновешенности, соразмерности и адекватности взаимодействия личности с окружающим социумом, а успешность ее приспособительных реакций напрямую влияет на уровень психического здоровья.

Вместе с тем, Э. Фромм ярко и убедительно описал ущербность для здоровья индивидуума его подверженности общественным нормам, критериям, оценкам и влиянию как таковому в ущерб своим природным потребностям. Он показал, что, следуя нормам и оценкам общества, человек вынужден ограничить свои природные потребности, принести свои желания и естественную свободу их реализации в жертву общественным устоям, нормам, которые в разные времена и в разных общественных укладах очень сильно отличались, а значит, не были истинными. Он вслед за З. Фрейдом считал, что неудовлетворенность и невроз становятся постоянными спутниками цивилизации [24]. То есть существование в человеке двух противоречивых начал: биологического и социального – извечный конфликт между ними – оборачивается для него утратой душевного здоровья и благополучия.

Итак, вследствие двойственной природы человека для сохранения здоровья необходим поиск конгруэнтного сочетания в его жизни биологического и социального начал. Вместе с тем, если говорить о психическом здоровье личности, то важно учитывать, что личность формируется в обществе людей и именно социально-психологическая адаптированность является одним из компонентов и условий, значимых для сохранения ее психического здоровья.

Уравновешенность как интегральный фактор сохранения психического здоровья также называется многими исследователями [2; 3; 5]. семантика этого термина трактуется как успокоение, доведение до нормального состояния.

Уравновешенность можно рассматривать как противоположность неуравновешенности. При этом если учитывать «принцип устойчивого неравновесия» Э. Бауэра, следует признать, что «живые системы никогда не бывают в равновесии и исполняют за счет своей свободной энергии постоянную работу против равновесия» [4, с.42].

Психическое здоровье является одновременно и состоянием, и процессом, причем динамичным. А это означает, что параметры его проявления все время меняются и именно их неуравновешенность обеспечивает чуткое реагирование на изменения в окружении личности и быстрое приспособление к новым, важным для человека условиям. Уравновешенная система всегда более инертна, менее подвижна, что в плане сохранения психического здоровья можно рассматривать как положительное явление, однако это не может продолжаться длительно. Это, во-первых, а во-вторых, это более слабое состояние для процесса улучшения психического здоровья, потому как именно переход от равновесия к неравновесности означает разрушение старого и построение нового, т.е. движение, а следовательно – развитие.

В связи с этим, термин «уравновешенность» по отношению к психическому здоровью вряд ли можно считать интегральным фактором, обеспечивающим динамичность его созидания и сохранения во времени.

Применение термина «согласованность» как интегрального фактора сохранения и укрепления психического здоровья личности также нам кажется малопригодным. Эта мысль основывается на содержании, которое вкладывается в данный термин.

Он трактуется как «согласовывать единство между чем-либо, координировать, придавать соответствие чему-либо» [10].

Согласованность, очевидно, имеет существенное значение в осуществлении процессов, влияющих на психическое здоровье личности. Однако она не может изменить их качество и социальную значимость для конкретного лица, а значит и детерминировать улучшение и сохранение психического здоровья личности. В связи с этим согласованность не следует считать интегральным фактором сохранения психического здоровья личности.

Важным интегрирующим фактором в процессе сохранения здоровья является психологическая устойчивость. Вместе с тем, следует подчеркнуть, что толкование термина «устойчивость» с научных позиций обусловлено немалыми трудностями.

Так, в семантическое пространство термина «устойчивость» входят такие понятия, как стойкость, прочность, твердость, непоколебимость, стабильность, неподверженность влиянию, Важным интегрирующим фактором в процессе сохранения здоровья является психологическая устойчивость. Вместе с тем, следует подчеркнуть, что толкование термина «устойчивость» с научных позиций обусловлено немалыми трудностями.

Так, в семантическое пространство термина «устойчивость» входят такие понятия, как стойкость, прочность, твердость, непоколебимость, стабильность, неподверженность влиянию, В аспекте анализируемой нами проблемы следует отметить, что применение понятия «психологическая устойчивость» должно опираться на наличие у данного субъекта такого свойства личности, как направленность, являющегося компонентом самосознания, включающего знание спортсмена о самом себе и самооценку уровня своего общего развития, имеющегося потенциала духовности, своего физического ресурса [6].

В работе Е. Крупник подчеркивается, что психологическая устойчивость определяет сохранность основных отношений индивида с действительностью, предполагая вместе с тем существование моментов пластичности и вариативности [16, с. 273].

Подразумевая участие психологической устойчивости в процессе сохранения психического здоровья личности, нужно подчеркнуть, что ее роль проявляется в сохранении приспособительных реакций человека, нормального функционирования психики в сложных условиях спортивной деятельности и обеспечении оптимального поведения при воздействии на спортсмена целенаправленных помех.

В то же время, говоря о психологической устойчивости спортсмена, нужно помнить, что у каждого индивидуума соответственно специфике его вида спорта будет проявляться устойчивость к изменениям и влиянию на его личность конкретных параметров внешнесредового воздействия. В этом смысле мы согласны с И. Грызловой и И. Переверзевой, утверждающими, что психологическая устойчивость не может быть «всеохватывающей» характеристикой личности, т.е. устойчивость не должна проявляться ко всем видам воздействия на нее. Эти авторы подчеркивают, что психологическая устойчивость – это не устойчивость вообще, она определяется не только характеристиками влияния внешних факторов, но и личностными способностями человека противостоять им и тем самым повлиять на процесс сохранения психического здоровья [11]. Следовательно, психологическая устойчивость также имеет конкретные границы, которые определяются объективно существующими пределами функционирования личностных качеств спортсмена и, главное, их взаимодействием в отражении стрессогенного внешне-средового влияния.

В работе Е. Василенко вводится термин «профессиональнопсихологическая устойчивость», которая, по ее мнению, состоит из двух подструктур: нервно-психической выносливости и собственно психологической устойчивости [7, с.28-29]. Под первой автор понимает способность человека выдерживать специфические психологические нагрузки профессиональной деятельности на уровне функционального напряжения. Как считает Е. Василенко, она определяется нейродинамическими особенностями личности, корректировать которые сложно, и поэтому необходим строгий учет ее психофизиологических особенностей в соответствии со спецификой конкретной специальности.

Вторая подструктура определяется степенью сформированности личности, обеспечивающей необходимый уровень самодетерминации поведения [7].

Е. Василенко вслед за Л. Куликовым выделяет следующие факторы психологической устойчивости:

  1. факторы социальной среды: поддерживающие самооценку; условия, способствующие самореализации; условия, способствующие адаптации; психологическая поддержка социального окружения;
  2. личностные факторы:

- отношение личности (в том числе к себе): оптимистическое, активное отношение к жизненной ситуации в целом, уверенность, отсутствие враждебности, доверие к другим, терпимость и пр.;
- сознание личности: вера (в разных ее формах – вера в достижимость поставленных целей, религиозная вера, вера в общие цели; осознание социальной принадлежности к определенной группе и пр.);
- эмоции и чувства: доминирование стенических позитивных эмоций; переживание успешности самореализации, чувства сплоченности и единства и др.;
- познание и опыт: понимание жизненной ситуации и возможность ее прогнозирования; структурированный опыт преодоления трудных ситуаций; адекватная оценка величины нагрузки и своих ресурсов и др.;
- поведение и деятельность: активность в поведении и деятельности; использование эффективных способов преодоления трудностей [7].

Рассматривая психологическую устойчивость как сложное качество личности, как синтез отдельных качеств и способностей, можно утверждать, что ее следует считать одним из ведущих интегральных факторов, детерминирующих процесс сохранения психического здоровья личности.

Эмоциональную устойчивость также трактуют достаточно широко. Одно из ранних определений эмоциональной устойчивости спортсменов дано В. Писаренко еще в середине прошлого века. По этому поводу он писал, что под эмоциональной устойчивостью личности следует понимать ее способность отвечать на напряженные ситуации таким изменением эмоционального состояния, которое приводит не к уменьшению, а к увеличению работоспособности [15].

Анализируя поведение человека в условиях стресса, В. Марищук и В. Евдокимов эмоциональную устойчивость предла- гали определять как способность преодолевать состояние чрезмерного эмоционального возбуждения при выполнении сложной двигательной деятельности [18].

К. Платонов расширил представление об эмоциональной устойчивости и предложил выделить эмоционально-волевую, эмоционально-моторную и эмоционально-сенсорную устойчивость [20, с. 170-171]. В свою очередь, Л. М. Аболин эмоциональную устойчивость характеризует следующим образом: это свойство, которое характеризует индивида в процессе напряженной деятельности, отдельные эмоциональные механизмы которого, гармонично взаимодействуя между собой, способствуют успешному достижению поставленной цели [1].

Н. Корольчук и В. Крайнюк, анализируя понятие эмоциональной устойчивости, определили, что ее интегральным критерием является результат, который характеризует, насколько успешно или неуспешно достигается человеком цель [15, с.207].

Подводя итог представлений исследователей об эмоциональной устойчивости, следует отметить, что чаще всего, характери- зуя ее, авторы употребляют такие показатели, как способность преодолевать чрезмерное эмоциональное Возбуждение и в сложных условиях достигать поставленной цели.

Изучая характеристики психологического здоровья личности, М. Иванова выделила так называемые стабильные его показатели, при этом эмоциональное состояние она относит к ним. Она пишет: «Именно эмоциональное состояние является маркером психологического здоровья человека в разные возрастные периоды» [12, с.152]. Отдавая должное добротно выполненному М. Ивановой диссертационному исследованию, все же следует по нескольким параметрам анализа этого понятия (и его роли в сохранении психического здоровья) не согласиться с ней.

Во-первых, эмоциональной устойчивости противостоит эмоциональная неустойчивость – это состояние повышенной возбудимости или склонность субъекта к частой смене эмоциональных состояний. По этому поводу К. Платонов писал: «Нужно помнить, что решающей является не сама по себе большая или меньшая эмоциональная возбудимость, а большее или меньшее ее негативное влияние на навыки, на деятельность человека. А это … связано не только с особенностями эмоциональной сферы, а и с особенностями его воли» [20, с.131]. О способности преодолевать состояние чрезмерного эмоционального возбуждения усилием воли писали разные авторы (А. Пуни, О. Дашкевич, П. Сабуров, О. Сироткин, M. Anshel и др.).

Следовательно, деятельная сторона эмоциональной устойчивости не обходится без волевых усилий. А в структуре волевых проявлений личности А. Пуни выделял интеллектуальные, эмоциональные и операциональные компоненты [23, с. 149]. Таким образом, нужно считать, что эмоциональная устойчивость осуществляется не в отрыве от волевых усилий субъекта. А это означает, что нужно говорить об эмоционально-волевой устойчивости. И, кроме того, М. Иванова пишет об «эмоциональном состоянии» как диагностическом маркере психологического здоровья.

И, во-вторых, как показало наше обобщение представлений о психологической устойчивости, эмоциональная устойчивость, как компонент, входит в состав первой, т.е. является ее частью. Так, например, Е. Василенко к одной из функций психологической устойчивости относит «способность к эмоционально- волевой регуляции» [7, с.32]. Поэтому маркером психического здоровья личности скорее должна быть именно психологическая устойчивость как системообразующий и интегральный фактор, существенно влияющий на процесс сохранения психического здоровья личности.

Некоторые авторы «надежность» также считают интегральным фактором в сохранении психического здоровья личности. Надежность в спортивной деятельности представляют как «системную, интегральную, комплексную характеристику деятельности спортсмена, обеспечиваемую его системно-структурным, функциональным и информационным видами надежности и реализуемую благодаря морально-политической надежности в стабильной эффективности выступлений спортсмена в экстремальных условиях ответственных соревнований» [21, с.14]. Однако это определение связано с деятельностью спортсмена. Вместе с тем, рассмотрение надежности как интегрального фактора, влияющего на процесс сохранения психического здоровья личности, широкомасштабно практически не осуществлялось. В исследованиях М. Ивановой, Е. Василенко отмечается, что надежность является одним из компонентов психического здоровья и психологической устойчивости. В связи с этим к интегральным и, тем более, системообразующим факторам в процессе сохранения психического здоровья личности надежность вряд ли можно отнести.

Такое предположение, безусловно, требует экспериментальной проверки хотя бы потому, что, говоря о результате как мериле надежности выступления спортсмена, следует отметить: она более адекватна, чем «устойчивость». Это так, поскольку проявление устойчивости подразумевает противодействие чему-то негативно влияющему на личность и сохранение каких-то показателей.

В спорте концепция психической надежности понимается как системное качество, характеризующее устойчивость функционирования основных психологических механизмов в сложных условиях. Так, наиболее четко о психической надежности писал В. Мильман. В ее структуре он выделял четыре компонента: соревновательную мотивацию, соревновательную эмоциональную стойкость, спортивную саморегуляцию, стабильность-помехоустойчивость [19].

Исходя из соображений этого автора, мы видим, что рассмотренная выше эмоциональная устойчивость и саморегуляция (о ней скажем позже) входят в состав надежности, являясь ее составляющими частями, а, следовательно, надежность, по его мнению, более объемна, чем эти два свойства, вместе взятые.

Однако это не означает, что надежность может считаться интегральным фактором, определяющим сохранение психического здоровья личности. По-видимому, следует сопоставить уровень надежности и психического здоровья у конкретных спортсменов, чтобы иметь возможность аргументированно ответить на этот вопрос.

Следующим интегральным фактором, влияющим на сохранение психического здоровья личности, считается саморегуляция. Исследователи, целенаправленно изучавшие роль саморегуляции в спортивной деятельности, считают, что для получения желаемых результатов спортсмену необходимо достигнуть определенного уровня психологической устойчивости, а вслед за ней и надежности, и главное, что это возможно путем освоения саморегуляции психомоторики. О большом значении саморегуляции в спортивной деятельности пишут многие авторы. Однако анализ этого феномена в рамках проблемы созидания, сохранения и поддержания психического здоровья также осуществлялся фрагментарно, без четко поставленных вопросов о его роли в этих процессах.

Рассматривая это свойство с психологических позиций, например, О. Хухлаева считает, что саморегуляция является одним из основных проявлений личности. Саморегуляция как характеристика, обеспечивающая гармонию внутри человека и между ним и средой, может быть внутренней, регулирующей различные аспекты личности и состояния человека, и внешней, включающей как воздействие его на ситуацию, так и самоизменение [26, с.6-8]. Мы полностью согласны с этим автором, что саморегуляция является интегральной категорией, влияющей на психическое здоровье, и одним из основных атрибутов личности.

Относительно саморегуляции О. Конопкин пишет следующее: «Под психической саморегуляцией следует понимать один из высших уровней регуляции активности биологических систем, отражающий качественную специфику реализующих ее психических средств отражения и моделирования действительности, в том числе, рефлексию субъекта на самого себя и свою активность, деятельность, поступки» [14, с.210].

Н. Шевандрин, стремясь дать более обобщенное определение саморегуляции, выражается так: «Саморегуляция является системной характеристикой, отражающей способность личности к устойчивому функционированию в различных условиях жизнедеятельности» [28, с.187]. Но в таком определении, на наш взгляд, трудно найти различие, например, с устойчивостью. По мнению Г. Никифорова, психическая саморегуляция заключается в воздействиях человека на присущие ему психические явления (процессы, состояния, свойства), выполняемую им деятельность, собственное поведение с целью поддержания (сохранения) или изменения характера их протекания (функционирования) [22, с.24]. Исходя из этого определения, можно считать, что саморегуляция способна оказывать воздействие на всю психологическую сферу личности, что, безусловно, позволяет говорить о ней как об интегральном факторе, влияющем на процесс сохранения ее психического здоровья.

Следовательно, в настоящее время большинством авторов психическая саморегуляция понимается как сложная, динамичная система, обеспечивающая целесообразное отражение действительности путем повышения или снижения активности психических реакций, принятия субъектом его цели и формирования программы собственно исполнительских действий для достижения их результативности. Осуществление и формирование саморегуляции проходит успешно при наличии самоконтроля как процесса осознания и оценки личностью собственных психических состояний, процессов и поведения. Следовательно, самоконтроль можно считать одним из компонентов саморегуляции. Хотя самоконтроль входит как компонент и в волевую регуляцию, особенно в сложных экстремальных ситуациях.

Самоконтроль и вслед за ним процесс саморегуляции оптимизируют деятельность человека. Однако считается, что проявление саморегуляции, вызванное действием самоконтроля, диктуется требованиями общества, что далеко не всегда желательно для человека. А учитывая воззрения З. Фрейда о требованиях общества к субъекту, становится понятно, что самоконтроль и саморегуляция в сохранении психического здоровья могут играть как положительную, так и отрицательную роль. Иначе говоря, саморегуляцию (вместе с самоконтролем) можно считать интегральным фактором, участвующим в процессе сохранения психического здоровья личности.

Таким образом, в заключение следует отметить, что теоретический анализ представлений исследователей об обобщающих, интегральных факторах, влияющих на состояние психического здоровья и на его сохранение, в частности у спортсменов, показал, что в настоящее время не существует общепризнанной трактовки выделенных факторов. Попытка определить характеристику и смысловое содержание большинства этих факторов, а главное, их влияние на укрепление и сохранение психического здоровья личности сталкивается с разноречивыми, а порой противоречивыми трактовками их исследователей. Что касается влияния интегральных факторов на психическое здоровье личности, большинство авторов подчеркивают их действенность. В то же время на сегодня существуют только качественные характеристики в оценке степени их влияния на психическое здоровье, т.е. способы или методы количественного учета их действия отсутствуют. А это значит, что одним из актуальных вопросов в проблеме здоровья человека является поиск методов его количественной оценки.

Библиография:

  1. Аболин Л.М. Психологические механизмы эмоциональной устойчивости человека / Лев Михайлович Аболин. – Казань : Изд-во КГУ, 1987. – 261 с.
  2. Ананьев В.А. Психология здоровья: пути становления новой отрасли человекознания / В.А. Ананьев. – В кн. «Психология здоровья» (Под ред. Г.С. Никифорова). – СПб., 2000. – С.10-88.
  3. Бабакова Н.П. Особенности психологического здоровья в юношеском возрасте и возможности его коррекции : Автореферат дис. на соискание ученой степени кандидата психологических наук: спец. 19.00.13 «Психология развития, акмеология» / Бабакова Наталья Петровна. – Ростов-на-Дону, 2007. – 25с.
  4. Бауэр Э.С. Теоретическая биология / Эрвин Симонович Бауэр. – М. : ВИЭМ, 1935. – 150с.
  5. Башкирева Т.В. Общие критерии психического, психологического, социального здоровья / Т. В. Башкирева // Мир психологии. – 2007. – №2 (50). – С.140-151.
  6. Божович Л.И. Избранные психологические труды / Лидия Ильинична Божович. – М. : МПА, 1995. – 212с.
  7. Василенко Е.В. Формирование профессионально-психологической устойчивости будущих сотрудников ОВД к экстремальным ситуациям : дис. кандидата психологических наук : 19.00.07 / Василенко Елена Викторовна. – Ставрополь, 2008. – 229с.
  8. Васильева О.С. Психология здоровья человека : Эталоны, представления, установки : Учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению и специальности "Психология" / О.С. Васильева, Ф.Р. Филатов. – М. : Academia, 2001. – 343с.
  9. Ганзен В.А. Описание психических состояний человека / В.А. Ганзен. – Кн.«Психические состояния»; [Сост. и общая редакция Л.В. Куликов]. – СПб. : Питер, 2001. – С.60-72.
  10. Горбачевич К.С. Словарь синонимов русского языка / К.С. Горбачевич. – М. : ЭКСМО-ПРЕСС, 2005. – 608с.
  11. Грызлова И.Н. Феномен «увеличение-уменьшение» и оценка интенсивности эмоционального переживания / И.Н. Грызлова, И.А. Переверзева // Психологические проблемы индивидуальности. – Вып.2. –Л., 1984. – С.32-38.
  12. Иванова М.Г. Структурные, функциональные и динамические характеристики психологического здоровья личности : дис. кандидата психологических наук : 19.00.01 / Иванова Мария Геннадьевна. – Кемерово, 2010. – 242с.
  13. Коляда В.И. Целостность личности: Социально-аксиологический аспект: диссертация ... кандидата философских наук : 09.00.11 / Коляда Виктор Иванович. – Саратов, 2003. – 148с.
  14. Конопкин О.А. Психическая саморегуляция произвольной активности человека (структурно-функциональный аспект) / О.А. Конопкин // Вопросы психологии. – 1995. – №1. – С.5-12.
  15. Корольчук М.С. Соціально-психологічне забезпечення діяльності у звичайних та екстремальних умовах / М.С. Корольчук, В.М. Крайнюк. – К. : Ніка-Центр, 2006. – 580с.
  16. Крупник Е.П. Психологическая устойчивость личности как методологическая категория / Е.П. Крупник // Научные труды МГПУ. – М., 1999. – С.273-274.
  17. Куликов Л.В. Психогигиена личности. Вопросы психологической устойчивости и психопрофилактики : Уч. пособие / Л.В. Куликов. – СПб. : Питер, 2004. – 464с.
  18. Марищук В.Л. Поведение и саморегуляция человека в условиях стресса / В.Л. Марищук, В. Н. Евдокимов. – СПб. : Сентябрь, 2001. – 260с.
  19. Мильман В.Э. Метод изучения мотивационной сферы личности / В.Э. Мильман / Практикум по психодиагностике. психодиагностика мотивации и саморегуляции. – М., 1990. – С.23-43.
  20. Платонов К.К. Краткий словарь системы психологических понятий / К.К. Платонов. – М. : Высшая школа, 1984. – С.170-171.
  21. Плахтиенко В.А. Надежность в спорте / В.А. Плахтиенко, Ю.М. Блудов. – М. : ФиС, 1983. – 176с.
  22. Психология здоровья / [ред. Г.С. Никифоров]. – СПб. : Питер, 2006. – 607с.
  23. Пуни А.Ц. Волевая подготовка в спорте / Авксентий Цезаревич Пуни. – М. : ФиС, 1969. – 207с.
  24. Фромм Э. Здоровое общество / Э. Фромм // Мужчина и женщина. – М., 1998. – С.215-217.
  25. Хусаинова Р.М. Зависимость психологического здоровья учителя от возраста и стажа педагогической деятельности : Автореферат дис. на соискание ученой степени кандидата психологических наук : 19.00.13 / Хусаинова Резеда Мунировна. – Казань, 2006. – 24с.
  26. Хухлаева О.В. Как сохранить психологическое здоровье подростков : Пособие для шк. / О.В. Хухлаева; Отв. ред. М.А. Ушакова. – М. : Сентябрь, 2003 (ППП Тип. Наука). – 175с.
  27. Шамионов Р.М. Психология субъективного благополучия личности / Раиль Мунирович Шамионов. – Саратов: Изд-во Сарат. пед. ин-та, 2004. – 179с.
  28. Шевандрин Н.И. психодиагностика, коррекция и развитие личности / Николай Иванович Шевандрин. – М. : ВЛАДОС, 1998. – 512с.
  29. Шевеленкова Т.Д. Психологическое благополучие личности (обзор основных концепция и методика исследования) / Т.Д. Шевеленкова, П.П. Фесенко // Психологическая диагностика. – 2005. – №3. – С.95-123.
  30. Ясперс К. Общая психопатология / Карл Ясперс; перевод с нем. Л.О. Акопяна. – М. : Практика, 1997. – 1056с.