Регуляторы и уровни функционального состояния

 в раздел Оглавление

«Хрестоматия по психологии»

ГЛАВА 2
Функциональное состояние - база изучения стресса и средств его профилактики

2.2 Регуляторы и уровни функционального состояния

Особое место при изучении функциональных состояний занимает проблема факторов, определяющих уровень и особенности функционального состояния. Н.Н. Данилова (1985) выделяет 5 групп явлений, регулирующих функциональные состояния.

  1. мотивация - то, ради чего выполняется конкретная деятельность. Чем интенсивнее, значимее мотивы, тем выше уровень функционального состояния.
  2. Содержание самого труда, характер задания, степень его сложности. Это, по-видимому, наиболее важный регулятор функционального состояния. Сложность задания является главной детерминантой уровня активации нервной системы, на фоне которой осуществляется данная деятельность. При возрастании мотивации и заинтересованности наблюдается рост активации, что сказывается на выполнении легкого задания и совсем не влияет на эффективность служебной задачи.
  3. Величина сенсорной нагрузки, которая может меняться от сенсорного перенасыщения, перегрузки до сенсорной депривации с крайним недостатком сенсорных воздействий.
  4. Исходный фоновый уровень, сохраняющий след от предшествующей деятельности субъекта.
  5. Индивидуальные особенности субъекта.

Кроме того, указывает автор, по-видимому, можно выделить группу регуляторов функционального состояния, которые не относятся к естественным: это фармакологические, электрические и другие воздействия на организм. Среди других, с нашей точки зрения, следует выделить группу регуляторов рефлексотерапевтического (игло-, электротерапия, точечный массаж) воздействия, гипноз, аутогенную тренировку, специально подобранный комплекс физических упражнений, оксигенобаротерапию, магнитотерапию.

Часто уровень функционального состояния отождествляется с понятием "уровень бодрствования". Трудность выделения функционального состояния как самостоятельного явления обусловлена тем, что о нем обычно судят косвенно, по поведенческим проявлениям, которым соответствуют разные уровни бодрствования: сон, дремота, спокойное бодрствование, активное бодрствование, напряжение.

В. Блок (1970) был первым, кто предложил отличать понятие "уровень активности" нервных центров или функциональное состояние от понятия "уровень бодрствования", которое рассматривается им как поведенческое проявление различных уровней функционального состояния. Рассматривая теоретически взаимоотношения между уровнем активности нервных центров и уровнем бодрствования, он допустил, что между сном и крайним возбуждением непрерывно происходят изменения уровня бодрствования, с которыми монотонно связаны изменения в уровне активности нервных центров. Максимальная эффективность деятельности соответствует оптимальному уровню бодрствования. Эмоциональные состояния в этом случае занимают крайнее по интенсивности место в шкале уровней бодрствования.

Определенное место соприкосновений этих уровней можно найти в вышеупомянутой идее В. Блока о том, что уровень активации нервных центров обусловливает уровень бодрствования. Б.В. Овчинников убежден, что функциональное состояние как психофизиологический феномен, организуемый и развивающийся в соответствии с внутренними механизмами, должно классифицироваться с учетом эндогенных, психофизиологических критериев. Среди показателей, отображающих «внутренний план» жизнедеятельности организма и психической жизни, важнейшими он считает общий уровень физиологической активности (напряженности) и доминирующую направленность ("окраску") переживаний, принимая их за основу представления совокупности состояний в виде "пространственно-временного континуума", своеобразного "пространства состояний".

С учетом этих показателей Б.В. Овчинников строит двумерный классификатор функциональных состояний человека. Первым по порядку при переходе от сна к бодрствованию стоит состояние релаксации (пассивного отдыха, спокойной праздности). Для него характерны сниженная физиологическая активность и позитивная окраска переживаний. Релаксационное состояние обладает большой устойчивостью и является энергетическим антиподом стресса. Для удовлетворения насущных потребностей через промежуточное состояние готовности и врабатывания ("раскачки") человек переходит к оптимальному рабочему состоянию функционального комфорта. Оно по своей сущности противоречиво. С одной стороны, оно способствует самоактуализации, дает возможность прочувствовать радость творчества, вкус борьбы и победы. С другой стороны, это состояние при дальнейшем своем развитии закономерно переходит в стресс.

Состояние стресса является очередным основным состоянием бодрствования. К главным его признакам относятся психологический дискомфорт, повышенная психическая и физиологическая активность. Закономерным исходом стресса является утомление. Переход к нему осуществляется через депрессивную фазу со снижением физиологической активности. Только на фоне утомления наблюдается истинное снижение работоспособности, обусловленное уменьшением резервов. Ограничение всех видов активности способствует их восстановлению. В связи с этим психологический дискомфорт уменьшается, и создаются предпосылки закономерного перехода к исходному состоянию бодрствования - релаксационному. Таким образом, цикл замыкается и после периода сна возобновляется снова. Впрочем возможно "проигрывание" цикла без фазы сна - до полного истощения резервов организма. Предложенная выше схема Б.В. Овчинникова удовлетворительно соотносится с основными фазами суточного ритма.

По нашему мнению, ритмическая деятельность функциональных состояний является закономерной и генетически запрограммированной. По выражению Ю.М. Забродина, одно из естественных движений функциональной системы во множестве состояний - это ритмы, собственные ритмы или "навязанные" извне, которые показывают, как часто и каким образом система возвращается в то или иное состояние.

Важно отметить, продолжает автор, что практически все параметры работы физиологических систем, психической активности и показатели эффективности деятельности обладают более или менее выраженной колебательной, ритмической характеристикой (собственно, именно благодаря этому можно выделять инвариантные связи и отношения в изучаемых явлениях). Это означает, что все они, меняясь во времени, многократно принимают (т.е. "проходят через") одни и те же значения параметров, иначе - повторяются. Цикличность лежит в основе функционирования живой материи, проявляясь на всех ее уровнях. Она может выступать в качестве одного из связующих звеньев многокомпонентной, неоднородной и зачастую противоречивой "архитектоники" функционального состояния. Главным содержанием функционального состояния, как указывалось ранее, является характер интеграции функций и особенно регулирующих механизмов. Поэтому следующим источником целостности состояний, помимо цикличности, является структурная целостность нервной системы и других систем организма.

И, наконец, последним связующим звеном целостности состояний является их доминантная природа, разработанная в учении А.А. Ухтомского о доминанте, где впервые были аргументированы представления о том, что нормальное отправление органа (например, нервного центра) в организме есть не предопределенное, раз и навсегда неизменное, качество данного органа, а функция от его состояния.

Функциональное состояние можно считать сложной системой, в которой осуществляется динамическое равновесие между двумя тенденциями. Первая представляет программу вегетативного обеспечения мотивационного поведения, вторая направлена на сохранение и восстановление нарушенного гомеостаза. В указанной двойственности отражается противоречивость адаптационных стратегий, связанная с самой сущностью живой материи, сохраняемой за счет непрерывного изменения и обновления. Возможны, конечно, и иные суждения относительно происхождения и механизмов регуляции функциональных состояний. Одним из них может быть личностный принцип регуляции состояний и деятельности. Согласно ему, формирование состояний обусловлено отношением человека к самому себе, окружающей действительности и собственной деятельности. Таким образом, конечные причины возникновения функциональных состояний необходимо искать внутри личности, в ее структуре и динамике.

Прогрессивные идеи о личностных механизмах саморегуляции состояний нашли отражение в учении А.А. Ухтомского о доминанте. Однако оно полностью не отражает всех аспектов личностных механизмов саморегуляции, их индивидуальное разнообразие и не учитывает иерархических структур личности. Ярким примером этого являются различные формы или виды предстартовых состояний у спортсменов в одних и тех же условиях соревновательной деятельности. Вторым суждением относительно механизмов регуляции функциональных состояний (особенно снижающих Работоспособность) является возможность предупреждения их возникновения.

Анализ существующих подходов к этой проблеме позволяет дифференцировать следующие уровни изучения функциональных состояний человека и животных (цит. по Илюхиной В.А., 1986):

  • исследование состояний организма по комплексу поведенческих, психофизиологических и биохимических показателей его системных функций;
  • исследование состояний мозга, соотносимых с уровнями бодрствования организма, организацией целенаправленного поведения, обеспечением и поддержанием нормальных и патологических реакций организма;
  • исследование состояний структур мозга и межструктурных взаимоотношений как основы для формирования определенных интракортикальных, внутриподкорковых и корково-подкорковых связей, координирующих состояния целого мозга;
  • исследование состояний зон мозговых структур и их физиологической активности как звеньев мозговых систем обеспечения конкретных видов психической и двигательной деятельности;
  • определение состояний клеточных элементов нейронов и глиальных клеток.