К проблеме конфликтного кроссмодального взаимодействия

 в раздел Оглавление

«Когнитивная и прикладная психология»

Раздел 2
ОПОЗНАНИЕ И ПОЗНАНИЕ

К проблеме конфликтного кроссмодального взаимодействия

В современной психологической науке взаимодействие анализаторов рассматривается как одно из проявлений единства сенсорной сферы. К фундаментальным положениям отечественной психологии принадлежит выдвинутое Б.Г. Ананьевым [1. С. 181] представление о том, что «человеку в целом ... соответствует лишь сенсорно-перцептивная организация как единая система анализаторов всех без исключения модальностей».

В общепсихологическом смысле взаимодействие анализаторов определяется как влияние функционирования одного анализатора на состояние другого [2. С.44]. В инженерно-психологическом аспекте взаимодействие анализаторов проявляется прежде всего в том, что поступление сигнала по одному каналу или изменение состояния отдельного анализатора под влиянием внешних факторов приводит к изменению характеристик других анализаторов [3. С.108-109]. В первой отечественной монографии по инженерной психологии «Человек и техника» (1966г.) Б.Ф. Ломов указал на то, что в этом выражается принцип целостности организма, поскольку, с одной стороны, «воздействие раздражителя на любой анализатор не только вызывает его прямую реакцию, но и приводит к тем или иным изменениям всех других анализаторов». С другой стороны, «реакция какого-либо анализатора на воздействие стимула зависит не только от его собственного состояния, но и от состояния всех остальных» [4. С.159-160]. В некоторых работах кроссмодальное взаимодействие рассматривается как форма обеспечения помехоустойчивости при восприятии сигналов внешней среды [5, 6 и др.]. Основной акцент исследовательских задач при анализе интерсенсорного взаимодействия связан в настоящее время с вопросами о степени общности информации, получаемой по разным сенсорным каналам, о сходстве разномодальных образов, о механизмах интерсенсорной интеграции и т.д. [7. С.73].

Данная статья посвящена анализу некоторых теоретических аспектов проблемы обработки человеком противоречий информации, поступающей по различным сенсорным каналам. Указанная проблема является частью более общей проблемы кроссмодального (или интерсенсорного) взаимодействия афферентных систем, так как наличие противоречивой разномодальной информации является условием возникновения и способом существования конфликтных отношений именно между взаимодействующими в данной ситуации анализаторами человека.

Исследование закономерностей взаимодействия анализаторов принадлежит к числу основных проблем общей психологии. Согласованность, сонастроенность сенсорных систем человека, их функциональная иерархия в фило- и онтогенетическом развитии позволяют исследовать динамику психических процессов в их единстве [8]. Изучение влияния взаимодействия сенсорных систем на психические процессы явилось основным предметом в целом ряде фундаментальных исследований разных лет (Б.Г. Ананьев, 1961; С.В. Кравков, 1948; Е.Н. Соколов, 1958; В.И. Медведев, 1972; А.В. Филиппов, 1973; А.Р. Лурия, 1973; Ф.И. Иванов, В.Ф. Рубахин, 1983; А.А. Крылов, Т.П. Зинченко, Р.Ж. Жанабекова, 1984, и др.). Мы полагаем, что обязательным компонентом теоретического анализа данной проблемы и в то же время средством решения многих прикладных задач (например, обеспечение безопасности профессиональной деятельности, проектирование информационных моделей и др.) является знание о закономерностях кроссмодального взаимодействия при возникновении сенсорно-перцептивного конфликта между теми или иными анализаторами.

Известно, что следствием рассогласования, противоречивости разномодальных информационных потоков относительно друг друга и сложившегося стереотипа поведения являются различные иллюзии и искажения восприятия, нарушения пространственно-временной ориентировки, разрушение познавательных структур и ощущения дискомфорта (Б.Ф. Ломов, 1966; Н.Д. Завалова, Б.Ф. Ломов, В.А. Пономаренко, 1986; Б. И. Кочубей, 1991, и др.). В то же время собственно эффекты конфликтного взаимодействия сенсорных каналов, возникающие при приеме и обработке полимодального сигнала, несущего противоречивую информацию, исследованы недостаточно. Значительная часть отечественных и зарубежных исследований, выполненных к настоящему времени в общей и инженерной психологии в связи с проблемой взаимодействия и взаимовлияния различных анализаторных систем, была посвящена психологическому анализу таких феноменов информационного интерсенсорного взаимодействия, как сенсибилизация, Синестезия, интерсенсорное облегчение и Торможение, доминирование одного из сенсорных каналов (в условиях полимодального дублирования информации). Изучались также различные эффекты совместной работы анализаторов, дающие субъекту информацию о тех особенностях реального мира, которые, строго говоря, не могут быть результатом лишь мономодального восприятия. Например, онтология эффекта бинокулярной оценки удаленности объекта детерминирована совместным функционированием зрения и проприоцепции.

Однако указанные феномены возникают только при определенных (нормальных) условиях восприятия. В условиях перцептивного конфликта происходит качественная перестройка содержания восприятия, следствием которой является отсутствие данных эффектов и возникают эффекты кроссмодальной интерференции и доминирования одного из противоречивых разномодальных информационных потоков. Это общее положение мы попытались теоретически и экспериментально конкретизировать в одной из недавних работ [9] на примере кроссмодального взаимодействия зрения и осязания при восприятии некоторых пространственных признаков предметов. Не останавливаясь подробно на полученных результатах, представляется все же необходимым ответить на следующий вопрос: почему мы придаем самостоятельный статус явлениям интерференции в условиях кроссмодального конфликта.

Анализ немногочисленных отечественных и зарубежных исследований конфликтных форм кроссмодального взаимодействия зрения и осязания позволяет констатировать, что общая направленность большинства работ детерминирована тенденцией интерпретации экспериментальных данных как различных вариантов полной или частичной перцептивной адаптации. Другими словами, если мы рассматриваем зрение и осязание как функциональные системы, то попытки теоретического обоснования результатов их конфликтного взаимодействия сводятся обычно к установлению того, какой из аппаратов функциональной системы (как правило, - осязания) - в том или ином эксперименте - изменил свою работу (например, изменилось ли чувство положения или только двигательные реакции) в соответствии с сенсорной информацией, получаемой и обрабатываемой в другой функциональной системе (визуального наблюдения). Безусловно значение указанного подхода в экспериментально-методическом плане. С целью решения вопроса о том, в какой из конфликтующих сенсорных систем происходит адаптация в соответствии с противоречащими сенсорными данными от другого органа чувств и какое конкретно звено претерпевает эти адаптационные изменения, исследователями был разработан значительный арсенал приемов «отключения» отдельных звеньев различных сенсорных каналов или обеспечения их нестандартного (относительно нормы) функционирования. Однако для системного изучения механизмов взаимодействия противоречивых потоков информации разных модальностей, прогноза общего результата функционирования системы приема и обработки информации в случае возникновения различных эффектов доминирования одного из анализаторов, психологической природы конфликтного кроссмодального взаимодействия в целом недостаточно традиционного способа анализа с точки зрения степени взаимоприспособления анализаторов в ситуации кроссмодального конфликта. В этом случае теоретическое обоснование нередко задается конечным результатом, внешним итогом кроссмодального взаимодействия, тогда как первичный эффект суть интерферирующее взаимовлияние конгруэнтных и противоречивых, релевантных и нерелевантных информационных потоков.

Эффекты различного сочетания подобных взаимовлияний в значительной мере определяют течение последующих адаптационных процессов в промежуточных и заключительной фазах. Иначе говоря, если адаптация в ситуации кроссмодального конфликта есть итог качественной перестройки содержания восприятия, актуализируемый как результат изменения «способа данности феноменального содержания субъекту» (А.Д. Логвиненко, 1981), то необходим поиск начальной точки отсчета, «красной кнопки» пускового механизма возникновения кроссмодального конфликта, дабы качественные особенности обобщенного образа полимодального восприятия объяснялись не только с точки зрения изменений в процессе интрамодальных восприятий, обусловленных инструментальными приемами формирования конфликтной ситуации.

Мы полагаем возможным расширение теоретико-экспериментальной базы исследования посредством рассмотрения данной проблемы в парадигме интерференции. В психологии к проявлениям интерференции относят феномены формирования неадекватного образа (мнемического следа, решения, действия), возникающие в результате процесса взаимодействия различных потоков информации [10. С.11]. В фундаментальной монографии В.М. Аллахвердова [11] специфика явлений интерференции определяется как «логическая парадоксальность выполнения задания на игнорирование», т.е. психическая интерференция есть следствие самой задачи игнорирования. Автор не без оснований утверждает, что интерференционные феномены демонстрируют оригинальный факт: человек не способен безошибочно справляться с заданием, которое заключается в том, что его не надо выполнять [11. С.219]. Не углубляясь в историю и актуальное состояние вопроса, достаточно освещенное в ряде отечественных работ [10, 11, 12 и др.], отметим только, что основные теоретические подходы к объяснению природы перцептивной интерференции сформированы на материале изучения перцептивных интрамодальных конфликтов. В то же время на эмпирическом уровне индикаторами наличия эффектов конфликтного кроссмодального взаимодействия нередко выступают те же показатели, посредством которых фиксируется наличие эффектов интерференции в условиях интрамодальных конфликтов - увеличение времени, необходимого для решения задачи, и рост числа ошибок при выполнении интерференционного задания по сравнению с контрольными условиями. Кроме того, для условий кроссмодальной информационной противоречивости в общем случае вполне применимо известное определение интерференции как «взаимодействия двух или большего числа процессов, при котором возникает нарушение (подавление) по крайней мере, одного из них» [2. С.139].

Естественно, его недостаточно для выявления специфики самого предмета исследования - эффектов кроссмодального взаимодействия, возникающих в ситуации перцептивного конфликта, т.е. собственно эффектов кроссмодальной интерференции. Перспективной в этом смысле могла бы стать постановка и изучение не столь очевидных, но обязательных для раскрытия психологической природы кроссмодальной интерференции вопросов, в частности: о критериях, позволяющих отличать эффекты интерференции при интрамодальном конфликте от эффектов интерференции в ситуации кроссмодального взаимодействия; о факторах выраженности эффектов интерференции в условиях кроссмодального конфликта; каковы специфические особенности проявления эффектов кроссмодальной интерференции на различных уровнях познавательно-исполнительной деятельности; возможна ли регуляция деятельности при обработке противоречивой разномодальной информации, о субъектно-объектных ограничениях такого регулирования, роли внесенсорных переменных в этом процессе и т.д. Вероятно, каждый из указанных вопросов еще должен и может стать предметом самостоятельного экспериментального исследования, поскольку ни один из них в настоящий момент не имеет исчерпывающего ответа. В рамках данной статьи сделаем лишь ряд замечаний предварительного характера, без претензий на законченность комментария.

В результате тематического анализа мы пришли к выводу об отсутствии четких критериев различения интра- и кроссмодальных эффектов интерференции за исключением очевидного: наличие конкурирующих потоков мономодальной и разномодальной информации. В качестве еще одного критерия может служить представление о кроссмодальном конфликте как о прямом и косвенном источнике возникновения эффектов интерференции. Интрамодальный конфликт всегда выступает в роли прямого источника интерференции. При анализе экспериментальных результатов порой достаточно сложно разобраться в том, где эффект интерференции является непосредственным результатом кроссмодального конфликта, а где лишь косвенным, например, под влиянием внесенсорных факторов. Кроме того, ситуация кроссмодального конфликта может спровоцировать возникновение интрамодального конфликта, следствием чего также явятся эффекты интерференции, содержанием которых, однако, выступает противоречивость мономодальной информации.

В исследовании переработки противоречивой информации в операторской деятельности Л.Е. Осиповым [10. С.150] установлено, что на степень выраженности эффектов интерференции в условиях интрамодального перцептивного конфликта влияют, кроме прочих, такие основные факторы, как условия предъявления информации, способы реагирования, степень однородности (подобия) и степень конфликтности (несоответствия, противоречия) релевантных и нерелевантных параметров информации, степень семантической сложности нерелевантной информации, индивидуально-психологические свойства (свойства внимания, склонность к интерференции и др.). Поскольку в случае кроссмодального конфликта также проявляется информационная противоречивость, то, вероятно, в общем виде допустима экстраполяция указанной совокупности факторов на феномены кроссмодальной интерференции.

Однако данное аналитическое допущение должно сохранять специфику собственно кроссмодального конфликта, которая в отличие от непротиворечивого кроссмодального взаимодействия, предполагающего различные возможности совмещения информационных потоков (их дублирование, взаимодополнение и др.), заключается в том, что в этой ситуации предъявляются противоречивые потоки информации, требующие взаимоисключающих реакций. Успешность экспериментальной реализации этих условий в значительной мере определяется рецепторными особенностями органов чувств, которые принимают противоречивые информационные сигналы, вызывающие конкуренцию включенных в перцептивный конфликт сенсорных каналов. В то же время выбор модальности ответной реакции испытуемого на воздействие полимодальных сигналов, помимо требований объективных условий восприятия, субъективно задан особенностями центральной когнитивной организации разномодальных познавательных структур. Фактор двух переменных — перцептивного сходства (подобия, однородности) и перцептивной различимости (пространственно-временной или энергетической противоречивости) - является лишь частным случаем возможности унификации разномодальных структур на одном из уровней обработки информации, а именно: на сенсорно-перцептивном. Эти две переменные оказываются парадоксально связанными между собой, так как когнитивная оценка одной из них, безусловно, есть относительная мера наличия второй переменной (по принципу «сообщающихся сосудов»).

Эмпирическим выражением данного парадокса выступают феномены перцептивной кроссмодальной интерференции, необходимым элементом изучения которых в указанном контексте является не только анализ взаимодействия противоречащей информации и поэтапная регистрация особенностей этого взаимодействия, но и выявление парциальных характеристик интерференции и соответствующей им вариативности ответных реакций субъекта, детерминируемых на различных уровнях обработки информации индивидуальными особенностями регуляции и когнитивного контроля познавательно-исполнительной деятельности.

Таким образом, мы полагаем, что существенной особенностью конфликтного кроссмодального взаимодействия является несводимость последнего только к перцептивному противоречию. Классические исследования Дж. Стрэттона, П. Эверта, И. Колера, Г. Виткина и др., а также результаты, полученные в сравнительно недавних работах А.Д. Логвиненко и В.В. Столина, И. Рока и Ч. Харриса, М.В. Лещинского и др., позволяют предположить, что в условиях конфликтного кроссмодального взаимодействия вольно или невольно, на сознательном (если человек знает о наличии подобного конфликта) или подсознательном (если человек не знает об этом) уровнях при необходимости совершить какое-либо действие (когнитивное, исполнительное) субъект оказывается в ситуации принятия решения. Центральный субъективный вопрос данной проблемной ситуации: какому из конфликтующих анализаторов довериться, какой сенсорной информации оказать предпочтение, если последняя достаточно противоречива? Вероятно, в предельном случае, если функциональные характеристики конфликтующих анализаторов как сенсорных регистров в определенной стадии актуалгенеза перцептивного конфликта оказываются «равносильными», то приоритет в принятии того или иного способа преодоления кроссмодального конфликта (и его последствий) получают внесенсорные переменные. Здесь необходимо подчеркнуть сквозной характер процесса выбора в иерархизированной системе всех процессов приема и обработки информации. Вотум доверия одному из конкурирующих информационных потоков или чему-то третьему, детерминированный когнитивно-стилевыми и личностными характеристиками субъекта, может возникнуть на любом из уровней познавательно-исполнительной деятельности (сенсорно-перцептивном, семантическом, принятия решения, реализации исполнительного действия).

Другими словами, выступая в качестве внутренних факторов познавательной деятельности субъекта, внесенсорные переменные, прежде всего имеющие интермодальный характер (например, явление иррадиации фиксированной установки с одной модальности восприятия на другую в контрастных и ассимилятивных иллюзиях Д.Н. Узнадзе), детерминируют актуальный когнитивный выбор субъекта.

Основной массив тех же эмпирических данных свидетельствует о том, что в подобных условиях обычно наблюдается доминирование одного из сенсорных каналов над другим (или другими), проявляющееся, по сути, в эффекте доминирования одного из противоречивых разномодальных информационных потоков. По нашему мнению, соответственно увеличению объема фактического материала, отвечающего на вопрос, в каких случаях возникает доминирование одного из анализаторов, растет и энтропия объяснительной информации по вопросу о том, как возникает подавление одного потока входных сигналов другим, противоречащим первому, что является свидетельством недостаточной изученности последнего вопроса. Связан ли этот феномен только с изменениями морфологии функциональных систем, влекущими соответственно изменение программы функционирования включенных в них сенсорных каналов и их подсистем, либо имеются какие-то психологические механизмы и факторы, регулирующие взаимовлияния противоречащих друг другу потоков информации от разных афферентных систем, помимо морфологического и физиологического уровней?

Оценивая данное обстоятельство в вышеназванной работе [см. 9. С.88-100] мы показали, что устойчивость и контроль являются основными внесенсорными факторами, определяющими особенности обработки противоречивой разномодальной информации в условиях перцептивного конфликта между сенсорными каналами. Причем это касается не только познавательных структур - репрезентаций и способов оперирования с ними [13, 14], но и более глобального уровня личностных структур, так как указанные факторы, вероятно, выступают в качестве стержневых в целостной организации реакций человека на влияние не нормативных (с точки зрения адекватной работы всех уровней обработки информации) воздействий внешней и внутренней среды, вызывающих субъективный диссонанс в процессе освоения мира в различных его проявлениях и формах.

* * *

Затронутые в данной статье аспекты проблемы конфликтного кроссмодального взаимодействия, безусловно, не исчерпывают всего многообразия возникающих в этой связи перед исследователем вопросов. Между тем ясно, что указанная феноменальная область обретает очевидную психологическую сущность и возможность дифференциации из общего круга проблем кроссмодального взаимодействия при ее анализе с позиции собственно интерференционных явлений.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Ананьев Б.Г. Сенсорно-перцептивные характеристики индивидуального развития человека // Избранные психологические труды. — М., 1980. — Т. 1. — С.180-185.
  2. Психологический словарь / Под ред. В.В. Давыдова, А.В. Запорожца, Б.Ф. Ломова и др. — М., 1983.
  3. Основы инженерной психологии / Под ред. Б.Ф. Ломова. — М., 1986.
  4. Ломов Б.Ф. Человек и техника. — М., 1966.
  5. Введение в эргономику / Г.М. Зараковский, Б.А. Королев, В.И. Медведев, П.Я. Шлаен. Под ред. В.П. Зинченко. — М., 1974.
  6. Огинец Л.В. Оценка помехоустойчивости оператора при приеме акустической информации на фоне интрамодальной помехи // Практикум по инженерной психологии / Под ред. А.А. Крылова, В.А. Ганзена. — Л., 1978. — С.114-120.
  7. Бардин К.В., Барабанщиков В.А., Митькин А.А. Исследования сенсорно-перцептивных процессов // Тенденции развития психологической науки. — М., 1989. — С.60-77.
  8. Иванов Ф.Е., Рубахин В.Ф. Методологические принципы исследования влияния взаимодействия сенсорных систем на психические процессы // Психол. журн. 1983. — Т.4. — N 1. — С.89-98.
  9. Винокуров Л.В. Особенности обработки информации в условиях кроссмодального конфликта: Дисс. ... канд. психол. наук. — Спб., 1996.
  10. Осипов Л.Е. Переработка противоречивой информации в операторской деятельности: Дисс. ... канд. психол. наук. — Спб., 1992.
  11. Аллахвердов В.М. Опыт теоретической психологии. — Спб., 1993.
  12. Киреева Н.Н. Эффекты интерференции в процессах обработки информации человеком: Дисс. ... канд. психол. наук. — Л., 1986.
  13. Anderson J.R. A theory of origins of human knowledge // Artif. Intelligence. 1989. — V. 40. — P.313-351.
  14. Rouse W.B., Morris N.M. On looking into black box // Psychol. Bull. 1986. — V. 100. — N 3. — P.349-363.