Восприятие скорости движения в процессе отражения формы объекта

Разделы психологии: 
Высшее учебное заведение: 

Восприятие скорости движения в процессе отражения формы объекта // Вопр. психол.- 1985. - №1

Восприятие скорости движения в процессе отражения формы объекта

А.И. МИРАКЯН, В.И. ПАНОВ

В психологии и физиологии органов чувств в силу исторически сложившейся традиции процессы отражения формы, величины и скорости объектов обычно рассматриваются и изучаются независимо друг от друга. Одна из причин их изолированного рассмотрения при изучении восприятия движения объектов состоит в том, что в качестве исходных логических оснований используются физические представления о движении, сложившиеся в классической механике. Согласно этим представлениям, движение объекта рассматривается как пространственное перемещение абстрактно выделенной точки объекта относительно некоторой системы координат. При этом процесс восприятия скорости рассматривается отвлеченно от других сосуществующих в конкретном акте отражения свойств движущегося объекта: его формы, величины, цвета, удаленности и т.п.

Такое понимание восприятия движения и скорости объекта наиболее четко выражено в исследованиях представителей ассоцианизма ([4], [20], [12], [21] и др.). Анализ их работ показывает, что в качестве необходимого и достаточного условия восприятия движения объекта они постулировали репрезентацию в зрительной системе траектории движущегося объекта. И независимо от того, отдавали они предпочтение репрезентации траектории в виде ее проекции на сетчатке или же в виде ее воспроизведения посредством прослеживающих движений глаз, Восприятие движения сводилось к воспроизведению только пространственного перемещения движущегося объекта отвлеченно от его формы и других пространственных свойств.

Представители гештальтпсихологии такому препарированному представлению ассоцианистов противопоставляли собственное понимание явлений восприятия движущегося объекта. Исходя из того, что Восприятие любых пространственных свойств необходимо рассматривать как процесс структурообразования целостной формы (гештальта), они при объяснении восприятия движения использовали понятие о перцептивной организации динамической структуры зрительного поля [16], [23], [24], [26]. При этом под динамической структурой в основном имелись в виду пространственные свойства объекта, характеризующие его положение в феноменальном поле и тем самым детерминирующие зависимость феноменального движения и скорости объекта от целостных характеристик данного поля [16]. В тех же случаях, когда форма объекта использовалась гештальтпсихологами в качестве фактора, участвующего в процессе восприятия движения, например индуцированного движения, тогда форма объекта рассматривалась ими как фактор, определяющий соотношение «фигура-фон», а не как необходимое условие, определяющее Восприятие движения и скорости объекта. Такое понимание соотношения формы и движения объекта было обусловлено тем, что, исходя из принципа «целое определяет частное», гештальтпсихологи рассматривали форму и движение отдельного объекта как частные элементы феноменальной целостной структуры поля зрения. Вследствие этого они, подобно ассоцианистам, исследовали Восприятие формы объекта отдельно от его движения и, соответственно, Восприятие движения объекта отдельно от восприятия его формы. При этом Восприятие формы и восприятия объекта изучались как отдельные компоненты или переменные элементы перцептивной организации феноменального поля зрения и не рассматривалась их взаимосвязь в едином процессе восприятия, в котором осуществляется возможность формирования и отражения этих свойств объекта.

Современные исследователи процессов восприятия движения и скорости объекта, как правило, не придерживаются однозначно ни ассоциативной, ни гештальтистской теории восприятия и стараются строить изучение восприятия движения и скорости объекта, используя рациональные моменты каждой из них [3], [6], [7], [8], [18], [23], [25].

Таким образом, анализ исходных логических оснований изучения восприятия движения и скорости объекта показывает, что главной причиной изучения восприятия движущегося объекта безотносительно к форме этого объекта является изначальная понятийная разделенность формы, величины, траектории, направления, подвижности, неподвижности и других свойств движущегося объекта, а также представление о скорости как абстрактно-мыслительном отношении между расстоянием, проходимым движущимся объектом, и единицей времени. Несмотря на разнообразие теоретических позиций, в психологии восприятия и физиологии сенсорных систем под свойством движения понимается пространственное перемещение объекта относительно некоторой системы координат отвлеченно от других сосуществующих предметных свойств движущегося объекта (его формы, величины, удаленности и др.).

Соответственно такому пониманию экспериментальное изучение восприятия движения и скорости объекта как в классической, так и в современной психологии всегда нацелено на выявление отдельных механизмов отражательной системы, обеспечивающих Восприятие заранее уже выделенных, абстрактно представленных изолированных свойств объектов: их пространственного перемещения, времени, траектории как показателей восприятия движущегося объекта, которые вместе с тем не связаны с формой объекта и другими его воспринимаемыми свойствами. Вследствие такого рассмотрения объектами экспериментального исследования стали всевозможные иллюзии восприятия. В качестве примера можно назвать автокинетический эффект, который, как известно, возникает в условиях, когда наблюдаемым объектом является светящаяся точка в темноте, т.е. объект, который не имеет ни формы, ни ориентированного положения в пространстве. Следовательно, в основании как теоретического, так и экспериментального изучения явления восприятия движения и скорости объекта лежит представление о физическом перемещении абстрактно выделенной точки относительно произвольно выбранной единицы времени.

При этом не учитывается важнейшая особенность процесса восприятия у человека и высших животных, которая заключается в том, что в момент восприятия движения одновременно происходит процесс восприятия формы, величины, удаления и других пространственных свойств этого же объекта, когда все эти процессы происходят одновременно в одной и той же отражательной системе. Именно факт сосуществования этих процессов позволяет понять полифункциональность и функциональную гибкость восприятия, отражающего любые свойства объектов и их пространственное соотношение, и возможность плавного перехода восприятия от одних свойств объекта к другим [14]. Исходя из этого, можно заключить, что процесс восприятия формы не может быть столь безучастным в процессах восприятия движения и скорости объектов, как это представлено в традиционной психологии.

Исследованиями советских психологов показано, что формирование и развитие психического отражения происходит в предметно-практической деятельности человека и для обеспечения его конкретных действий с реальными объектами ([1], [5], [9], [11], [17], [19] и др.).

Многообразие условий, в которых осуществлялась практическая жизнедеятельность человека в ходе его эволюции, обусловило полифункциональный характер непосредственно-чувственного отражения, т.е. детерминированность содержания и результатов конкретного процесса непосредственно-чувственного отражения задачами деятельности, в которую включен данный процесс. Отсюда следует, что зрительное Восприятие движения объектов формировалось в практике действий человека с конкретными объектами, которые имеют кроме свойства движения и другие свойства, функционально значимые для действия с ними. Поэтому Восприятие движения необходимо рассматривать как процесс полифункциональный, в котором обеспечивается возможность непосредственно-чувственного восприятия одновременно сосуществующих в процессе восприятия множества функционально значимых объектных свойств и отношений: и движения, и скорости, и формы, и величины, и удаленности объекта и т.п. [15].

Другим аспектом полифункциональности процессов непосредственно-чувственного отражения является функциональная гибкость, т.е. возможность отражательной системы человека обеспечивать отражение в непосредственно-чувственном процессе множества функционально значимых для осуществления практической жизнедеятельности свойств и отношений объектов, а также возможность плавного перехода восприятия от одних свойств объекта к другим [14], [13].

Изучение полифункциональности непосредственно-чувственного восприятия движения является альтернативой использованию физических представлений о движении, что приводит к изучению восприятия различных, уже отраженных свойств объекта изолированно друг от друга, как отдельных параллельно или последовательно осуществляющихся процессов. Следует отметить, что требование полифункциональности восприятия движения не означает простого сложения процессов восприятия. Речь идет о том, что на непосредственно-чувственном, допродуктном уровне процесса восприятия движения еще отсутствует абстрактно-логическая расчлененность отражаемой действительности на отдельные, закрепленные в физических или логических понятиях свойства объекта. Эта расчлененность появляется лишь на продуктном уровне процесса восприятия, где вследствие актуальной включенности процесса непосредственно-чувственного восприятия в деятельность отражающего субъекта происходит выделение из множества потенциально сосуществующих на допродуктном уровне свойств тех из них, которые функционально необходимы для обеспечения данного конкретного действия [14].

Когда речь идет о процессе восприятия отдельного свойства объекта (движения, формы, величины), то непосредственно-чувственному, т.е. допродуктному, уровню процесса восприятия приписывается не свойственная ему способность оперировать с отдельным свойством объекта. Эта способность свойственна мышлению, когда абстрагируются результаты непосредственно-чувственного восприятия от условий порождающего их процесса и переводятся в форму представления или понятия.

Функционально-практическая природа непосредственно-чувственного отражения определяет необходимость непосредственно-чувственного восприятия не всех существующих в объективном мире видов движения объектов, а функционально необходимых для обеспечения жизнедеятельности. Значит, для восприятия движущихся объектов должен существовать естественно сложившийся функциональный диапазон восприятия движения, который проявляется, например, в том, что мы не воспринимаем непосредственно таких медленных движений, как движение распускающейся почки, и таких быстрых, как движение летящей пули.

Понятие о функциональном диапазоне восприятия движения дает возможность выделить в многообразии феноменов восприятия движения те, которые выражают деятельностно-функциональную природу непосредственно-чувственного отражения, и те феномены, которые демонстрируют иллюзорное Восприятие движения реально неподвижных объектов в условиях, не соответствующих природной жизнедеятельности человека. В первом случае речь идет о феноменах функционального диапазона восприятия движения: от восприятия едва заметного движения объекта, когда форма четко различается, до восприятия движения столь быстрого, что появляется эффект смазывания воспринимаемой формы данного объекта. Во втором же случае имеются в виду стробоскопическое, индуцированное движение и тому подобные феномены иллюзорного восприятия движения.

Исходя из вышеуказанных предпосылок - понимания функционально-практической природы непосредственно-чувственного отражения и его полифункциональности, целью нашего исследования являлось: 

  1. изучение восприятия движения и скорости объекта в пределах функционального диапазона восприятия движения;
  2. экспериментальное подтверждение взаимосвязи скорости движения и формы движущегося объекта, т.е. каким образом Восприятие формы движущегося объекта включено в процесс восприятия его движения и скорости.

Рассматривая имеющиеся данные о соотношении скорости и формы движущегося объекта в процессе его восприятия, мы выделили следующие факты. При неподвижности или медленном движении объекта, соответствующем нижней границе функционального диапазона восприятия движения, форма движущегося объекта воспринимается отчетливо. А при быстром движении, соответствующем верхней границе этого диапазона, воспринимаемая форма движущегося объекта теряет свою отчетливость вплоть до появления эффекта смазывания. Эти факты, рассмотренные с точки зрения полифункциональности непосредственно-чувственного отражения, позволяют предположить, что существует связь между отчетливостью восприятия формы движущегося объекта и восприятием его скорости, т.е. что Восприятие скорости объекта неразрывно связано с процессом образования непосредственно воспринимаемой формы этого объекта, или, другими словами, с процессом формообразования данного объекта.

Процесс формообразования, необходимый для отчетливого восприятия формы объекта при его неподвижности, должен иметь определенную минимальную длительность, которую можно обозначить как критическое время формообразования. Если процесс формообразования не связан со скоростью движения объекта (как это предполагается в традиционных исследованиях восприятия скорости, где Восприятие движения объекта исследуется независимо от процесса восприятия формы этого объекта), то минимальное время, необходимое для различения формы движущегося объекта, должно оставаться неизменным при изменении скорости движения и равным критическому времени формообразования. Если же в условиях движения оно будет больше, чем в условиях неподвижности, и будет возрастать с увеличением скорости, то это будет свидетельствовать об участии формообразования в процессе непосредственно-чувственного восприятия скорости движущегося объекта. Поскольку в данном случае увеличению скорости движения объекта будет соответствовать увеличение степени незавершенности формообразования движущегося объекта, то это позволяет выдвинуть гипотезу о том, что именно степень незавершенности процесса формообразования дает ощущение различной скорости движения объекта.

Таким образом, экспериментальная задача исследования заключалась в выявлении критического времени формообразования данного объекта при его неподвижности, а затем в определении минимального времени, необходимого для отчетливого восприятия формы этого же объекта, но движущегося с разной скоростью в пределах функционального диапазона восприятия движения, т.е. со скоростью меньшей той, которая вызывает эффект смазывания.

МЕТОДИКА

При выборе экспериментальных объектов мы добивались главным образом того, чтобы Восприятие их формы не происходило мгновенно и при этом по возможности не использовались опосредствующие человеческое Восприятие вербальные и логические компоненты (называние, пересчет деталей и т.п.).

При выборе объектов восприятия следовало учитывать, что в рамках настоящего исследования время восприятия формы интересует нас только как такая характеристика процесса формообразования, которая позволила бы сравнивать степень его завершенности в условиях движения предъявляемого объекта относительно восприятия того же объекта при его неподвижности.

Исходя из перечисленных обстоятельств, в качестве экспериментальных объектов восприятия были выбраны правильные плоские многоугольники: множество объектов, которые имеют однотипные формы и вместе с тем отличаются друг от друга по индивидуальной форме.

Предварительные эксперименты показали, что среди таких многоугольников с числом сторон от 5 до 12 выделяются по времени восприятия для различения многоугольники начиная с шестиугольников. Поэтому в качестве объектов восприятия для выявления критического времени формообразования были выбраны многоугольники с числом сторон от 6 до 10, которые были названы тестируемыми, а в качестве фоновых дополнительно были использованы многоугольники с 5, 11 и 12 сторонами.

Чтобы уменьшить вероятность использования для различения формы многоугольников длину их сторон или величину внутреннего угла, на каждом многоугольнике были изображены биссектрисы его внутренних углов, а место их пересечения было отмечено точкой. Размер многоугольников (по диаметру описанной окружности) был одинаков и равнялся 70 мм, диаметр центральной точки - 6 мм, цвет многоугольников - белый, цвет линий- черный. Все линии имели толщину 1 мм.

В экспериментах использовалась методика парно-последовательного тахистоскопического предъявления объектов, когда от испытуемого требуется дать альтернативный ответ «да-нет» о том, одинаковую или различную форму имеют два последовательно предъявляемых объекта.

Предъявляемые многоугольники находились от испытуемого на расстоянии 2м. Величина поля зрения по горизонтали составляла 28°, по вертикали 25°.

Предъявление многоугольников осуществлялось с помощью специально сконструированной установки, которая состояла из фотозатвора, обеспечивающего монокулярное предъявление объекта на короткое время (от 35мс до 2000мс), электромеханического устройства «Вариатор», позволяющего предъявлять объекты неподвижными или движущимися с заданной скоростью, и электронного блока управления, осуществляющего синхронизацию работы фотозатвора и «Вариатора».

В эксперименте участвовало 6 испытуемых с нормальным зрением. С каждым из них в общей сложности было проведено от 700 до 1500 предъявлений тест-пар многоугольников.

Выявление критического времени формообразования начиналось при экспозиции 35 мс, поскольку при меньших экспозициях имели место эффекты ухудшения освещенности, что могло повлиять на результат восприятия формы. В течение одного сеанса предъявлялся семь раз ряд из девяти тест-пар, включавших в себя три тестируемых многоугольника в случайном порядке, например: 7:8, 6:5, 7:7, 8:9, 6:6, 8:7, 7:6, 8:8 и 6:7 (цифры означают число сторон многоугольников). При обработке экспериментальных данных первое предъявление ряда тест-пар не учитывалось.

Многоугольник считался успешно воспринятым, если в течение шести предъявлений данного ряда тест-пар имелось по крайней мере 5 правильных ответов из 6 для данного многоугольника, предъявляемого в паре с самим собой (например, 6:6), и столько же правильных ответов для того же многоугольника, предъявляемого в паре с многоугольником, имеющим на одну сторону меньше (например: 6:5). По критерию знаков это обеспечивало 99-процентную достоверность.

Выявление критического времени формообразования для остальных многоугольников проводилось начиная с времени экспозиции, увеличенного на 25мс по отношению к критическому времени формообразования шестиугольника. При этом в предъявляемый ряд вместо тест-пар с шестиугольником включались тест-пары с девятиугольником, вследствие чего предъявляемый ряд тест-пар принимал следующий вид: 8:9, 7:6, 9:9, 8:7, 7:8, 9:10, 8:8, 7:7, 9:8. Если в ходе второго или третьего предъявления данного ряда испытуемый делал более одной ошибки для каждого из тестируемых многоугольников, предъявление этого ряда не доводилось до 6 зачетных раз, а время экспозиции увеличивалось еще на 25мс. И так до тех пор, пока не наступало успешное различение формы хотя бы одного из многоугольников данного ряда тест-пар. После этого успешно различаемый многоугольник выводился из предъявляемого ряда и вместо него включался следующий многоугольник (десятиугольник, например), а время экспозиции соответственно увеличивалось еще на 25мс. Описанная методика позволяла не выходить за пределы минимальной длительности, необходимой для отчетливого восприятия формы многоугольников предъявляемого ряда.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Результаты 1-й серии экспериментов представлены в табл.1; они показывают минимальное время формообразования, необходимое для различения формы многоугольников при их неподвижности, т.е. критическое время формообразования.

Согласно полученным данным, с увеличением числа сторон многоугольников критическое время их формообразования возрастает. Если для шестиугольника оно по группе испытуемых составляет 35-60мс, то для десятиугольника оно увеличивается до110-260мс, т.е. в среднем в 4 раза. Следовательно, усложнение формы объекта приводит к соответствующему увеличению времени формообразования, необходимого для отчетливого восприятия формы данного объекта. При времени экспозиции данного многоугольника, меньшем его критического времени формообразования, форма либо воспринимается смазанной, либо отождествляется с формой многоугольника с меньшим числом сторон. Это свидетельствует о том, что при данной длительности процесс формообразования не успевает завершиться. Динамика положительных и отрицательных ответов при увеличении времени экспозиции показывает, что с увеличением длительности процесса формообразования степень его незавершенности уменьшается. Таким образом, отчетливое Восприятие формы объекта определяется критическим временем формообразования этого объекта.

Сравнение значений критического времени формообразования у отдельных испытуемых выявляет в длительности процесса формообразования значительные индивидуальные различия: от 0 до 175мс.

Таблица 1 Значения критического времени формообразования многоугольников при их неподвижности (мс). Результаты 1-й серии

Испытуемые Число сторон многоугольника
6 7 8 9 10
М.Т. 35 60 85 85 110
СП. 35 60 60 160 110
С.А. 35 60 85 160 160
М.А. 35 135 110 185 185
Л.К. 60 110 160 260 260
И.Б. 35 135 135 235 260
Среднее X 39 93 106 181 181
Квадратичное отклонение 3,3 34,4 33,6 56,7 61,9
Коэффициент вариативности 23,8 36,8 31,7 31,3 34,2

Таблица 2 Значения времени формообразование многоугольников, движущихся со скоростью 7 угл. град/с. Результаты 2-й серии

Испытуемые Число сторон многоугольника
6 7 8 9 10
М.Т. 85 110 135 160 160
СП. 35 160 160 235 210
С.А. 160 260 260 285 285
М.А. 160 160 185 235 310
Л.К. 110 110 310 335 335
И.Б. 160 210 235 260 235
Среднее X 118 168 214 252 256
Квадратичное отклонение 47,1 53,3 60,2 53,4 60,2
Коэффициент вариативности 39,8 33,6 32,3 21,2 23,5

Время формообразования объекта в условиях его движения изучалось во 2-й и 3-й сериях экспериментов при разных скоростях движения. Методически эти серии отличались от 1-й тем, что многоугольники предъявлялись движущимися во фронто-параллельной плоскости во 2-й серии со скоростью 25 см/с (т.е. 7 угл. град/с), в 3-й серии со скоростью 50 см/с (т.е. 14 угл. град/с). Процедура выявления времени формообразования многоугольников начиналась во 2-й серии при времени экспозиции, соответствующем критическому времени формообразования шестиугольника, а в 3-й серии - при времени, соответствующем наименьшему из значений времени формообразования, выявленных во 2-й серии. Результаты этих серий представлены в табл. 2 и 3.

Таблица 3 Значения времени формообразования многоугольников, движущихся со скоростью 14 угл.град/с. Результаты 3-й серии

Испытуемые Число сторон многоугольника
6 7 8 9 10
М.Т. 110 110 135 160 185
СП. 135 135 160 210 210
С.А. 210 185 235 210 310
М.А. 160 210 210 285 360
Л.К. 135 185 235 360 360
И.Б. 185 310 360 385 385
Среднее X 156 189 222 268 302
Квадратичное отклонение 33,6 63,6 71,8 82,5 77,3
Коэффициент вариативности 21,6 33,6 32,3 30,1 25,6

Результаты 2-й серии эксперимента показали, что время формообразования, необходимое для отчетливого восприятия формы движущегося многоугольника, превосходит в среднем в 1,5-3 раза критическое время формообразования соответствующего многоугольника в условиях неподвижности. Из 30 значений времени формообразования только в двух случаях имеется совпадение с критическим временем формообразования и в одном случае - его уменьшение на 25мс. При этом полученные значения времени формообразования движущегося многоугольника так же зависят от числа сторон, как и при определении критического времени формообразования. Если время формообразования шестиугольника по группе испытуемых составляет 35-160мс, то время формообразования десятиугольника возрастает до 160-335мс. Индивидуальные различия колеблются от 125 до 175мс.

В среднем по группе испытуемых время формообразования при движении многоугольников увеличилось на 89 мс по сравнению с их критическим временем формообразования при неподвижности.

Полученные во 2-й серии значения времени формообразования показали, что при движении объекта его критическое время формообразования становится недостаточным для завершения процесса формообразования данного объекта, вследствие чего для различения формы движущегося объекта требуется большая длительность процесса формообразования, чем при его неподвижности. Тем самым получено подтверждение той части гипотезы, что движение объекта в функциональном диапазоне восприятия движения приводит к такому ограничению временных условий его восприятия, при котором процесс формообразования не доходит до стадии отчетливого восприятия формы данного объекта. Таким образом, полученные во 2-й серии данные говорят о том, что в процессе непосредственно-чувственного восприятия действительно существует связь между формой объекта и его движением, что выражается в увеличении длительности процесса формообразования в условиях движения объекта относительно его неподвижности.

Результаты 3-й серии показали, что время формообразования, необходимое для отчетливого восприятия формы движущегося многоугольника, во всех случаях превосходит его критическое время формообразования в среднем в 1,5-4 раза. Как и в предыдущих сериях, время формообразования увеличивается с ростом числа сторон многоугольника: если для шестиугольника по группе испытуемых оно составляет 110-210мс, то для десятиугольника оно равно 185-385мс. Индивидуальные различия колеблются от 100 до 225мс.

Сопоставление результатов 2-й и 3-й серий эксперимента показало, что из 30 значений времени формообразования в 18 случаях отмечено увеличение, а в 6 случаях оно осталось неизменным и в 6 случаях уменьшилось. Это означает, что с увеличением скорости движения время формообразования движущегося многоугольника достоверно возрастает (по критерию знаков на уровне значимости 0,05). В среднем по группе испытуемых время формообразования при быстром движении многоугольников увеличилось на 25 мс по сравнению со временем формообразования при медленном движении. Следовательно, при движении объекта минимальная длительность процесса формообразования, необходимая для отчетливого восприятия его формы, увеличивается не только по сравнению с критическим временем формообразования этого объекта, но и по сравнению с данными при меньшей скорости движения данного объекта. Тем самым доказана вторая часть нашего предположения, что в процессе восприятия движущегося объекта незавершенность его формообразования возрастает с увеличением скорости движения объекта по сравнению с процессом восприятия того же объекта при его неподвижности или движении с меньшей скоростью. Именно это дает основание считать, что степень незавершенности формообразования в процессе восприятия движущегося объекта, несомненно, может выступать в качестве фактора, обусловливающего возможность непосредственно-чувственного различения его скорости.

Полученная зависимость времени формообразования от скорости движения объекта означает, что в реальных условиях восприятия увеличение скорости объекта естественно приводит к ограничению длительности процесса формообразования, вследствие чего при достаточно большой скорости движущегося объекта его форма воспринимается смазанной. Значит, объяснение эффекта смазывания воспринимаемой формы быстродвижущегося объекта должно включать в себя изменение не только остроты зрения или дифференциальной чувствительности, но и критического времени формообразования данного объекта [10].

Таким образом, экспериментальные данные проведенного исследования восприятия движущегося объекта в функциональном диапазоне восприятия движения позволяют сделать следующие выводы:

  1. При неподвижности объекта Восприятие (различение) его формы определяется критическим временем формообразования этого объекта, которое увеличивается с увеличением его сложности (в данном случае - с увеличением числа сторон многоугольника) и меняется в широких пределах в зависимости от индивидуальных различий.
  2. При движении объекта со скоростью 7 угл. град/с и 14 угл. град/с:
    а) минимальное время формообразования, необходимое для отчетливого восприятия формы движущегося объекта, больше критического времени формообразования данного объекта в 1,5-4 раза;
    б) время формообразования увеличивается с ростом числа сторон многоугольника в 1,5-6 раз и существенно при этом зависит от индивидуальных различий;
    в) с увеличением скорости движущегося объекта время формообразования увеличивается; это дает основание считать, что незавершенность процесса формообразования может выступать в качестве фактора, обусловливающего возможность непосредственно-чувственного различения скорости движущегося объекта.
  3. В процессе непосредственно-чувственного восприятия движущегося объекта его скорость и форма находятся в тесной взаимосвязи, в основе чего лежит их обусловленность процессом формообразования и его временем для данного объекта.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, проведенное исследование показало, что понимание функционально-практической природы непосредственно-чувственного отражения и его полифункциональности, а также вытекающей из этого необходимости исследования восприятия движения и скорости объекта в функциональном диапазоне позволили рассматривать Восприятие движения и скорости объекта без использования в качестве исходных оснований физических представлений о движении. При этом Восприятие движущегося объекта выступает как полифункциональный процесс, в основе которого лежит процесс формообразования, обеспечивающий возможность одновременного различения и скорости, и формы движущегося объекта. Эта взаимосвязь в экспериментальных условиях выявлена по данным увеличения времени для четкого различения формы при движении объекта по сравнению с критическим временем формообразования при его неподвижности. Понятно, что в реальном процессе восприятия скорости движущегося объекта чем больше будет объективная скорость движения объекта, тем меньше будет время для протекания процесса формообразования, и в соответствии с этим объект будет восприниматься как быстро движущийся.

Для получения более полной картины протекания процесса формообразования объектов разных форм, движущихся с различными скоростями, требуются дальнейшие исследования по выявлению закономерностей полифункционального процесса восприятия объектов, движущихся не только во фронто-параллельной плоскости, но и в глубину, когда, вероятно, образуются взаимосвязи не только между формой и скоростью, но и величиной, удаленностью и другими пространственными свойствами объектов.

  1. Ананьев Б.Г. Психология чувственного познания. — М. I960. — 487 с.
  2. Баллах Г. Восприятие движения. — В кн.: Восприятие. Механизмы и модели. М., 1974. С.301-308.
  3. Величковский Б.М. О роли пространственных систем отсчета в восприятии собственного и объективного движения. — Вопр. психол. 1973. №2. С.15-25.
  4. Вундт В. Основы физиологической психологии. Т.2. — СПб., 1912. — 828 с.
  5. Выготский Л.С. Избранные психологические произведения. — М., 1956. — 520 с.
  6. Грегори Р.Л. Глаз и мозг. — М., 1970. — 272 с.
  7. Колерс П. Некоторые психологические аспекты распознавания образов. — В кн.: Распознавание образов. М., 1970. С.16-85.
  8. Костелянец Н.Б., Леушина Е.И. Восприятие движения. — В кн.: Руководство по физиологии. Физиология сенсорных систем. Физиология зрения. Т.1. Л., 1971. С.304-318.
  9. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. — М., 1972. — 576 с.
  10. Логвиненко А.Д., Меньщикова Г.Д. Смазывание движущегося изображения как пространственная фильтрация. — Вестник МГУ. Серия 14. Психология. 1980. №1. С.27-40.
  11. Ломов Б.Ф. К проблеме деятельности в психологии. — Психол. журн. 1981. №5. С.3-22.
  12. Мах Э. Анализ ощущений и отношение физического к психическому. — М., 1908. — 308 с.
  13. Миракян А.И. Эффект уменьшения нефиксированного объекта. — В кн.: Психологические вопросы регуляции деятельности. М., 1973. С.70-87.
  14. Миракян А.И. Константность и функциональная гибкость восприятия. — Вопр. психол. 1983. №4. С.104-111.
  15. Миракян А.И., Панов В.И. Принципы функциональной гибкости психического отражения в процессах восприятия движения. — В кн.: Тезисы докладов V Всесоюзного съезда Общества психологов СССР. Деятельность и психические процессы. М., 1977. С.139-140.
  16. Осгуд Ч. Точка зрения гештальттеории. — В кн.: Хрестоматия по ощущению и восприятию. М., 1975. С.114-127.
  17. Ошанин Д.А. Концепция оперативности отражения в инженерной и общей психологии. — В кн.: Инженерная психология. М., 1977. С.134-149.
  18. Рок И. Введение в зрительное Восприятие. Т.1. — М., 1980. — 312 с.
  19. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. — М., 1957. — 328 с.
  20. Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. — М., 1947. — 648 с.
  21. Титченер Э.Б. Учебник психологии. Т.2. — М., 1914. — 250 с.
  22. Brown I.F. The visual perception of velocity. — Psychol. Forsch. 1931. Bd. 14. N.1-3. S.199-232.
  23. Gibson J.J. What gives rise to the perception of motion. — Psychol. Rev. 1968.V. 75. N.1-3. S.335-346.
  24. Koffka K. Principles of Gestaltpsychology. N.Y.: Brace and World, 1963. — 720 p.
  25. Piaget J. Les mécanismes perceptifs. Paris: Universitaire de France, 1975. — 45 p.
  26. Wertheimer M. Drei Abhandlungen zur Gestalttheorie. Erlangen: Verlag Philosoph. Acad., 1925. — 184 s.

Поступила в редакцию 20.II 1984г.   

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки